– Не думал, что ты такая неженка, Прохоров.
– Ну да, куда мне до тебя! – сплевывая воду, ответил Димка. – Ты у нас суровый, как зверь в полнолуние. А я так. Незамысловатый и надежный, как табуретка.
– Я запомню.
***
Ну и где находился тот самый пресловутый баланс, когда Аравин ощущал только бескрайнюю зависимость от Сладковой? Любил ее странным и особенным способом. Хотя, что он вообще знал о подобных чувствах? Стася досталась ему без инструкции и ярлыков. Действовал с ней исключительно на базе инстинктов.
Опасность маячила рядом с ними. Но, не имея силы остановиться, они шагали по зыбучему песку все дальше и дальше.
Аравину бы хотелось взять на себя все риски и уйти вместе со Стасей в далекий офшор12. Вот только это было невозможно.
Прощались. На улице упрямо задерживался белый день, поэтому сохраняли формальную дистанцию. Стася, понурив голову, съежилась на качелях. Егор стоял неподалеку. Запустил руки в карманы брюк. Властным взглядом застопорился на своей девочке.
Она молчала, периодически тихо вздыхая. А Егор следил за тем, как облачка пара покидают ее алые губы, как трепещут длинные ресницы, как капризный ветер играет с ее распущенными волосами.
Бл*дь, да он попросту... любовался. А ведь никогда не использовал таких выражений. Не было в лексиконе. Сейчас же откуда-то брались подобные ванильные термины.
Изломанные щиты падали. Трогало душу.
Аравин цеплялся за свое псевдоравновесие. Только Стася давно жила в каждом ударе его пульса.
«Бл*дь, как же все сложно!»
Вытащил из кармана сигареты и закурил. Пару раз глубоко затянулся, не глядя в ее сторону, и снова направил цепкий взгляд на девушку.
Выдохнул облако дыма.
– Стася? – позвал ее решительным тоном.
– Что? – удрученно отозвалась Сладкова, поднимая глаза."
"– Согласишься, уже не отпущу, – твердо заверил Егор, и мурашки разбежались по коже девушки.
– Не отпускай, – быстро ответила она.
– Мать вашу.
.. – прошипел Аравин. – Это же не борьба характеров! Это твоя жизнь, понимаешь?
– Понимаю, – невозмутимо согласилась Стася. Придавила его долгим взглядом. У него же научилась. – Я знаю, что чувствую.
Аравин исчерпал лимит своего самообладания. Он хотел ее больше всего на свете!
Жизнь, с*ка, подбрасывала новые и новые испытания. В последнее время он принимал так много решений касательно своей Сладкой Занозы, и все менял досрочно.
