В середине вечера, пресытившись сладостью и кислотой экзотических напитков, и вовсе переключилась на минеральную воду.
Пару раз Артем вытягивал ее на танцпол, но, откровенно говоря, из этого не получилось ничего толкового. Чувствовала себя неуверенно и скованно среди беснующейся молодежи. Все казалось ей странным и по большей части неприятным. Резкий блик стробоскопа, периодически разрезая мягкую синюю подсветку, слепил глаза. А музыка оглушала. Со всех сторон сдавленная гарцующей толпой, ощущала себя словно в чужом бредовом сновидении.
Из-за непомерно большого количества выпитой жидкости систематически бегала в «дамскую» комнату, наблюдая по пути самые различные страсти и драмы «золотой молодежи». Страстные объятия и нетерпеливые поцелуи. Крики и ругань. Вынужденно вслушивалась в пьяные слезы и малопонятный треп незнакомых людей."
"Чужие эмоции перегружали и без того растерзанную нервную систему. Испытывала непривычное душевное истощение. Но, к собственному огромному облегчению, слишком злилась, чтобы плакать.
Напряженно вжимаясь в заднее сидение такси, шумно сопела, и возносила немые благодарности притихшему Соколовскому. Естественную тишину салона нарушала лишь тревожная скрипка Вивальди23. Идеальное сопровождение Стасиному внутреннему тяжелому монологу. Поначалу, еще как-то пыталась прогнать от себя мучительные мысли. Но, немного погодя, попросту сдалась. Покорилась собственным инквизиторским провокациям.
За целый день Егор даже не позвонил. По обыкновению, каждую субботу он забирал ее из дому вечером.
А чаще всего и раньше. Сегодня же... Две минуты третьего на часах – ни звонка, ни смс. Если бы приезжал домой, уже искал бы.
Хотя и не нужно было Стасе, чтобы Аравин разыскивал ее. Просто бессознательно желала, чтобы проявил уже привычное внимание. Написал греющее, в чем-то даже пьянящее сердце, сообщение. Хотелось, чтобы в голове вновь воцарились порядок и тишина. Чтобы мысли чуточку медлили, а не падали разрушающим потоком. Чтобы тех фотографий просто не было. Никогда не существовало.
Только жизнь намного жестче, чем ее девичьи наивные прихоти.
Немало удивилась своей пассивной реакции, когда, примерно на середине пути, Артем попросил таксиста выключить аудиосистему.
– Эта мелодия давит на мозги, – недовольно сказал Соколовский.
У Стаси же не возникало никаких эмоций к подобным мелочам. Формально, она будто оглохла и ослепла. Внимала внешним факторам на шестую часть возможного. Неотрывно мозолила глазами экран своего телефона.
