— Ясно, рука привыкает, — кивнула Ирина Владимировна. — Может быть, все же кто-нибудь совершенно случайно видел, как вы отдавали часы Мещерской? Может быть, кто-то подходил к вам в это время?
— Да кто же там мог подойти? — совершенно искренне удивился Анатолий. — Дашка так орала, что точно никто бы соваться не стал.
— Но вам это не помешало вспомнить про часы, — ехидно заметила Шестакова, — да и она их почему-то у вас взяла.
— Так и что же? — еще больше удивился Лунин. — Я точно не помню, как это в психологии называется, переключение кажется.
Когда разговор на одну тему не заладился, надо неожиданно что-то совсем из другой оперы спросить, а еще лучше, попросить о чем-нибудь. Тогда человек к тебе сразу добреет.
— Господи, и откуда вы такой взялись умный? — вздохнула Ирина Владимировна. — И философ, и психолог. Одно не ясно, как вы с такими познаниями в камере оказались.
— А это уже недоработка следствия, — усмехнулся Анатолий, — пошли, так сказать, по первому попавшемуся следу. Ищи там, где светло, так, кажется, у вас говорят?
— А где надо искать? — полюбопытствовал уставший молчать Илья.
— Откуда ж мне знать? — Анатолий пожал плечами, на его лице появилось выражение откровенной скуки. — Ты же у нас слуга закона. Вот и служи. Меня можно вернуть туда, откуда взяли? А то я так с вами обед пропущу.
Шестакова вопросительно взглянула на Илью. Лунин непонимающе пожал плечами и отвернулся лицом к окну. За его спиной послышались голоса, вначале следователя, потом прапорщика, еле слышно щелкнули наручники, затем, чуть громче, хлопнула дверь.
В кабинете вновь стало тихо. Илья почувствовал прикосновение руки к своему плечу и вздрогнул от неожиданности.
— Такого разговора вы не ожидали?
— Нет, если честно, — Илья медленно повернулся и оказался с Шестаковой лицом к лицу, — но все равно спасибо.
— Получается, что не за что. — Ирина Владимировна вернулась в свое кресло.
— Скажите, — Илья тоже отошел от окна и опустился на стул, на котором только что сидел его брат, — он говорил, что его избили? С Головковым это как-то связано?
— С Головковым? Почему вы спрашиваете?
— Так все же — связано или нет?
Шестакова медлила с ответом, явно не горя желанием посвящать Лунина во все детали местных особенностей делопроизводства.
"
"— Сам Головков его не трогал, это я вам скажу точно, — покачала она головой. — Не его уровень. Но у него есть пара оперов, которые всегда готовы помахать кулаками. Фамилии их я вам называть не буду.
