Она села в кровати, обозрела измятую постель, увидела в слабом утреннем свете валяющуюся на полу белую сорочку и охнула.
– Что же я натворила…
Вчера все началось так внезапно, что Эва и понять не успела, как оказалась плотно прижатой к обнаженному Артуру.
Ей снился сладкий-сладкий сон…
Об Артуре, чего уж там. Он в принципе часто ей снился. И во сне он, как правило, делал все то, чего ей хотелось от него наяву. Обнимал, целовал, говорил, что она для него – самое дорогое на свете. А еще признавался в любви – раз за разом.
Эва не была глупой, прекрасно понимала, что сны не имеют никакой связи с реальностью. Еще после первой их ночи до нее дошло, что ждать нежных чувств от этого мужчины совершенно не стоило.
Артур из ее грез и Артур из реальной жизни – два разных человека, пусть внешность одна.
Но долгими одинокими ночами она часто представляла, как бы развивались их отношения, отнесись он к ней серьезно в самом начале. И во сне все случалось, как она того хотела. Она принимала его признания в любви, а потом самозабвенно занималась с ним сексом.
Эти ночные грезы были такими яркими, что нередко по утрам она просыпалась и все еще ощущала приятнейшее томление внизу живота. При этом трусики, как правило, были влажными.
Вчера ночью, когда все началось, в первые секунды она даже не поняла, что это происходило наяву.
Эва очень умаялась за вчерашний безумно нервный день. Поэтому ее мгновенно сморило, уснула сразу, как только легла.
А проснулась она уже не одна…
Эва попыталась отпихнуть от себя Артура, когда наконец сообразила, что он настоящий, и это вовсе не сон.
Но это было равносильно тому, чтобы попытаться отпихнуть от себя бетонную плиту, ее жалких силенок попросту не хватило.
Но если быть совсем честной хотя бы с самой собой, она не очень-то и старалась.
Все случилось так же стремительно, как в их первую ночь в люксе. Своими поцелуями он мгновенно задурманил ей голову. Кожу жгло от любого прикосновения, очень хотелось ласки.
Тело Эвы словно жило отдельной жизнью. Оно хотело Артура, жаждало контакта.
Ей было до такой степени приятно ощущать его губы на своей коже, что она буквально таяла под ним. Она растворилась в его объятиях и позволила ему все, чего хотел.
Что ни говори, а Артур был ее лучшим любовником, хотя ей особо не с кем сравнивать. Ее прошлый и единственный любовник не в счет, ибо с ним она не испытывала и близко ничего подобного.
Артур же подарил Эве фейерверки. Что три месяца назад, что этой ночью. Безумно яркие, множественные.
