Она быстро училась, не смотрела на меня волком и, возможно, не доносила на меня, но в этом я не была уверена.
В замке было немного слуг, которые лояльно ко мне относились, большинство из них меня сторонились, а некоторые, опасаясь откровенно хамить, за спиной отрывались от души. Но главное, мне удалось завоевать симпатию Сенги, Эдны, Норы, Клева и Мюрича – тех, кому Алан доверяет, и это меня воодушевляло.
Вот только у Сесиль здесь хватало почитателей, и девушка умело их использовала, при этом всегда оставаясь в стороне.
Жаловаться мужу на его любовницу я посчитала ниже своего достоинства и пока успешно справлялась с мелкими пакостями ревнивой особы, время от времени задумываясь, как надолго хватит моего терпения.
Если я верно поняла однажды разговорившуюся Сенгу, леди Сесиль здесь задержалась из-за какого-то обещания, данного моим мужем её отцу. Вторая причина затянувшегося визита девушки была в том, что замок Догерти был разрушен и граф Иннес занимается его восстановлением.
Так что выуженные с таким трудом сведения меня не радовали…
– Во двор въехали, госпожа, – оповестила меня Тара, заглянув в покои, – вы приказали вам сказать.
– Да, спасибо, – поблагодарила девушку и, быстро разгладив складки на своём платье и поправив выбившийся из причёски локон, я устремилась в зал, на ходу проговорив, – давно стучат?"
"– Давно, только что леди Сесиль кричала, – хихикнула Тара, одна из немногих слуг, которая относилась ко мне без ненависти и страха…
Глава 13
Я успела как раз вовремя – едва спустилась в зал, двери широко распахнулись, и в замок, как всегда, размашисто прошёл Алан.
Следом за ним вбежала маленькая девочка на вид не больше семи лет. Замыкал процессию кряжистый мужчина, из-за окладистой бороды, густых бровей, нависающих над глазами, и копны нечёсаных, рыжих волос было сложно определить его возраст. По тому, как он держался и как был одет, было нетрудно догадаться, что это и есть тот самый важный гость, но я не стала спешить с выводами и первой начинать разговор, ожидая, когда нас представит Алан.
Но муж явно с этим не спешил и, отрывисто спросив готов ли обед, направился в небольшой зал, именуемый мной «столовая». Желание запустить в мужчину что-нибудь тяжёлое после такого пренебрежительного отношения было нестерпимым, и я, натянув улыбку, дабы не поддаться искушению, обратила свой взор на гостя.
