Прежде, чем погрузиться в сон, он понял: вместо тоскливой обреченности во взгляде девушки появилась крупица лукавства и некая тайная сила. Что за сила он толком не понял, но пообещал себе обязательно разобраться. Только бы встретиться с ней, только бы снова всмотреться в ее зеленую тайну…
Он проснулся от отдаленных криков. Темнота кромешная, хоть глаз выколи. Несколько секунд вслушивался, всматривался, отказываясь верить ушам. Столько боли звучало в человеческих воплях, столько ужаса, что эти звуки никак не вязались с мирной в общем-то обстановкой, в которой он засыпал.
Быстро накинул плащ на плечи, схватил ситу, то и дело спотыкаясь об тюки, падая, снова вставая, выбежал наружу и увидел кромешный ад."
"Посреди черной темени деревня полыхала огнем. И тут, и там мелькали полураздетые, истошно голосящие люди в ночных рубахах. За ними вдогонку мчались быстрые, как демон, фигуры, кто спешившись, кто верхом на коне, с тесаками, арканами и мечами в руках. Лица нападавших наполовину скрывали звериные морды, тела казались огромными из-за мохнатых шкур, закрепленных на плечах.
Время от времени раздавались их хриплые вопли: «Подохните, левийские свиньи!» «Руби их за Фрию, братцы!»
Голова шла кругом от происходящего. Кошмарное сновидение с силой всосало его в себя, втянуло в свою безумную воронку, безжалостно лишая последней опоры под ногами. Его любимая Фрия, страна сильных, отважных войнов, о которых так много рассказывала мать, посылает своих мужчин, чтобы вырубить и сжечь целую деревню мирно спящих селян? Значит, то, во что он верил, — ложь? Пепел кострища? Прах в усыпальне? Но мать не могла ему врать! Или нет больше той Фрии, какой ее запомнила мать? От отчаяния, щемящей безысходности он зарычал по-звериному, сбросил ситу, плащ и кинулся к горящим домам.
Не представляя, что делать, но точно зная, что этих выродков надо остановить.
Не успел он подбежать к домам, как увидел на фоне пылающего зарева: от края деревни отделилась невысокая, тоненькая фигурка, с полураспущенными косами и помчалась в сторону сарая.
За ней следом неслась другая: косматая и огромная, мерными, широкими шагами настигая жертву. Догонит, как пить дать догонит, и тогда…
Следуя инстинкту, Ардо кинулся им наперерез. Сравнялся с ними как раз, когда полузверь-получеловек схватил девчонку за косы и прыгнул ей на спину, подминая под себя и уже на лету поднимая тесак. Та испуганно пискнула, как попавшая в силки птица. Подбежавший Ардо едва успел выбить занесенный тесак из рук убийцы.
