Я (не) ведьма

Теперь я обрадовалась бы не только оборотню, но и Гарольду Свинье, появись они здесь.

— Эй! Кто-нибудь! — закричала я. — Помогите!

Но голос мой не подхватило даже эхо, как будто я кричала в подушку.

Я стояла на островке размером шага в четыре и не понимала, как могла сюда добраться. Впору было начать молиться, что я и сделала. Но после первых же слов молитвы из глубины болота раздался ужасный звук — то ли стон, то ли вой… Чуть не свалившись от страха, я замерла и увидела, как на гладкой черной трясине надулся и лопнул огромный пузырь, и сразу же серые плети тумана потянулись ко мне со всех сторон, а солнце скрылось за лесом, и стало совсем темно.

Теперь я была заперта на болоте до утра, потому что идти в темноте болотом было настоящим самоубийством. От поднявшегося зловония стало дурно. Я дышала через платок ртом, но все равно голова кружилась, а потом раздался шелестящий вкрадчивый шепот, совсем как тот, что слышался мне во сне:

— Маленькая королева, иди к нам… Ничего не бойся, у нас тебе будет хорошо… — и следом за этим хихиканье.

— Кто здесь? — спросила я, отнимая платок ото рта.

Может, я надышалась ядовитыми испарениями, и теперь слышу то, чего нет? И вижу то, чего не существует…

Из сумерек соткались две призрачные фигуры. Они стояли там, где полагалось быть трясине, и ничуть не страдали от этого.

— Небесной благодатью заклинаю… — начала я молитву дрожащим голосом.

Но молитва их не испугала — фигуры качнулись и медленно двинулись по направлению ко мне.

— Маленькая королева с солнечной кровью… — прошелестело над трясиной.

Это было уже слишком. Очертя голову, я бросилась в болото — прочь от призраков. Я должна была сразу провалиться в трясину, но вместо этого ноги ощутили твердую землю и валежник. Мне некогда было раздумывать, что произошло — я просто бежала, наугад и как можно дальше.

Несколько минут сумасшедшего бега я металась по лесу, натыкаясь на деревья. В каждой тени мне чудились призраки — огромный волк, старуха с посохом, ужасное болотное чудовище, о котором рассказывал сказки Донован.

"Наползающий туман сначала утопил меня по колено, потом по пояс, потом скрыл с головой, я уже с трудом различала кончики пальцев вытянутой руки. Сам туман казался живым существом — он затыкал рот, не давая дышать, сковывал движения, цепляясь за руки и ноги. Волосы намокли и отяжелели, и мои толстые косы, которыми я так гордилась, стали бременем — они тянули к земле, словно железные плети.