Я (не) ведьма

Говорят, змея дважды не жалит. Что ж, проверь эту пословицу на собственной шкуре.

— Простите меня, — снова повторил Эрик. Я скосила глаза в его сторону:

— Раз уж все здесь собрались, рассказывайте, как всё закончилось. Я убила ее? Эту демоницу в человеческом обличии?

Эрик несмело и грустно улыбнулся:

— Нет, миледи, убить ее не так-то просто. Но то, что вы сделали с ней… Бог мой, я и не знал, какая вы кровожадная!

— Не льстите, — оборвала я его. — Продолжайте по делу. Вы-то как там оказались? В замке Манилы? Сбежали отсюда и спрятались у своей сестрицы?

Эрик покаянно вздохнул:

— Я следил за вами, когда понял, что вы не успокоитесь, и сами пойдете освобождать… сэра Рэндела.

— Хорошо, что не успели, — прошипела я, — клянусь, при встрече я загрызла бы вас на месте! Волк повел ухом и взвизгнул еще умильнее, а Эрик продолжал:

— Я не осмелился войти в комнату, пока вы… Пока вы разговаривали с Манилой…

— Предпочел ждать, когда она прикончит меня! — опять вспылила я.

— Спокойно, спокойно, — пробормотал Рэндел.

— Я бы все равно ничем не смог помочь, — глухо сказал Эрик. — Потом, когда стало тихо, заглянул в комнату. Вы лежали возле клетки, сжимая в руках ключи. Я перенес вас и Эдейла вниз, погрузил в тележку для навоза и привез в замок.

Я слушала его со всё возрастающим недоумением, но в конце концов рассмеялась. Я смеялась все громче и громче, и даже слезы навернулись на ресницы.

— Тележка для навоза! — объяснила я свой смех, вытирая глаза. — Кто бы мог подумать, что королева Баллиштейна будет ехать в таком жалком экипаже?

— Вы простили меня? — Эрик топтался у порога, комкая в руке шапку.

— Бог с вами, мальчишка, — махнула я рукой. — Вы, конечно, предатель и заслуживаете наказания, но у меня нет обиды на вас. Хоть вы и связались с темными силами, в вас еще не истреблено что-то хорошее, светлое.

— Благодарю, миледи, — он с надеждой вскинул голову.

— Только от меня держитесь подальше, — отрезала я. — Иначе я подобью вам второй глаз. Не смогу сдержаться.

Последующие несколько дней я лежала в постели, и ко мне приходила только Эдит — кормила, заплетала косы, помогала принять ванну. Я чувствовала слабость, но силы постепенно возвращались.