Маша выгибалась, прижималась к нему всем телом, стонала и даже поскуливала, закатывая глаза от удовольствия.
Влад пытался действовать медленно, но у него ничего не получалось, он слышал ее возбужденный шепот: «Быстрее, Влад, пожалуйста, быстрее…», – и не мог не подчиниться.
Маша видела сон, тот в котором она все понимала, чувствовала, и принимала активное участие, вот только в ее сне она не помнила о том, что у нее есть ребенок и муж, который сидит в тюрьме, ипотека и два кредита на машины, плюс еще и долг за адвоката перед сослуживцами.
А еще и возможно огромный штраф в ближайшем будущем. И вторая личность в придачу, ко всему. Всего этого не было. И нет, она не была маленькой девочкой, она была взрослой женщиной. И с ней был тот, кого она любила и практически боготворила с самого детства. Чистая эйфория накрывала ее. Это было освобождением от всего на свете. Никаких проблем, незамутненная хмельная радость. И нет прожитых лет, нет переживаний, нет того дня…. Есть только она и Влад…
Маша не удержалась и заплакала, уткнувшись ему в шею.
Влад тут же остановился, почувствовав что-то мокрое на своей шее. Он осторожно оттянул ее голову за волосы, но Маша, тут же закрыла свои красные глаза ладонями.
– Я сделал тебе больно? – растерянно спросил он, с трудом убирая ее руки, чтобы увидеть глаза.
– Нет-нет, продолжай, это,… это, как эйфория… или что-то более прекрасное, я не знаю, как объяснить, только не останавливайся, прошу тебя… – она уже хотела сказать «любимый», но все же не смогла произнести этого слова даже в своем прекрасном сне.
Влад еще какое-то время всматривался в ее красные глаза и в счастливую улыбку, и понял, что и его душа тоже наполняется чем-то таким же, о чем сейчас говорит Маша."
"Влад так и не смог сдерживать себя. Ему не получалось делать все медленно. Он сбился со счета, пока брал ее вновь и вновь, но все равно не мог насытиться ей и просто поласкать. Единственное, что ему удавалось так это позы менять. Сколько всего не перепробовал, стараясь отвлечься, и думать о делах.
Он даже старался выбирать по большей части, такие позы, чтобы не смотреть в ее раскрасневшееся лицо, и не видеть ее затуманенного возбуждением взгляда, но каждый раз слыша ее стоны и шепот, он все равно не выдерживал и оргазм накрывал его. Одно радовало – Маша чувствовала то же самое, и точно так же, как и он получала удовольствие.
Они оба потерялись во времени. Сколько часов прошло, никто из них понятия не имел.
