Когда он понял это, то ему ещё сильнее захотелось её.
Влад понимал, что это ненормально и с каждым днем бесился еще сильнее. Благо он мог, хоть немного, но спустить пар с Ирой. Он начал с ней заниматься сексом ещё с позапрошлого года. И она охотно давала Владу все то, что ему было нужно.
Но тогда какого же хрена он хочет эту рыжую?
С каждым днём становилось только хуже. Он уже не мог остановиться. А когда она впервые сама начала робко отвечать ему, да ещё и застонала. В тот момент ему чуть крышу не сорвало. Как он остановился? Как? Он не знал… Но понял, что это конец, он должен все прекратить, и немедленно! Просто оборвать, а всех остальных заставить забыть.
А заодно и ей показать, что она для него ничего не значит, чтобы не вздумала бегать за ним хвостиком. И так одной липучки хватает – Ирки. А тут ещё одна будет…
Хотя в тот момент, когда он подумал об этом, что-то сжалось у него в груди. Владу не хотелось прощаться с ней, но он отодвинул эти глупые мысли на задний план, мысленно посмеявшись над собой.
Еще не хватало ему из-за бабы нюни разводить! Еще дед узнает и на смех поднимет!
Решение было принято и все сделано так, как он планировал. Вот только результат Влад, сейчас видел перед собой.
Глава 24
Он помнил тот день слишком хорошо. Когда дед привёл его на кладбище и показал её могилу.
– Маша покончила собой. Она выпила снотворное пятьдесят таблеток «фенозепама», что выписывали её больной бабушке, которая умерла в тот же день, что и Маша. Методично раскрошила каждую таблетку и, растворив в стакане с водой, все выпила до дна.
Пока родители занимались похоронами бабушки, то не обратили внимания на то, чем занимается их дочь. Мать отца девочки скончалась в час ночи, и они уехали в морг вместе с санитарами, чтобы утрясти формальности. Вернулись они только к обеду. Застав дочь спящей, они не сразу поняли, что девочка, так и не проснулась с ночи, хватились только поздно вечером, вот только разбудить ее они не смогли. Маша умерла в больнице, после двенадцатичасовой комы, так и не придя в сознание, – сухо констатировал факты дед, Владу.
– Она оставила что-нибудь? Записку? – тихим голосом спросил Влад, всматриваясь в фотографию на памятнике.
– Конечно, – ответил Геннадий Петрович, улыбнувшись и рассматривая внимательно Влада, но внук, с бесстрастным лицом продолжал смотреть на могилу девочки. И удовлетворенно хмыкнув, мужчина продолжил: – она на зеркале помадой написала: «Я ненавижу тебя!» Даже восклицательный знак в конце поставила.
