А рациональную мысль о том, что эта женщина никогда не принадлежала ему, он задвинул в самый дальний угол своего сознания.
Когда Влад начал задирать ее халат выше, то сквозь шум в голове от удара и практически отсутствующего кислорода, до Маши с трудом, но все же стало доходить то, что он собрался сделать.
Боже! На их кровати с Сергеем! В их комнате! Где висят их семейные фотографии! Нет! Только ни это!
– Неееет! – закричала она, вслух собирая последние остатки сил.
Но стоило Владу добраться руками до ее разгоряченной после ванной чувствительной кожи на бедрах, как ее собственный яростный крик потонул в ее же собственном стоне,… стоне зарождающегося удовольствия…
В ее голове вновь произошло помутнение, похотливая и безумно влюбленная во Влада часть Маши, с ликованием вырвалась наружу, с радостью выгибаясь своему любимому мужчине навстречу, по которому она умудрилась даже соскучиться за эти несколько часов.
Где-то далеко разумная взрослая часть Маши пыталась остановить и прекратить все это безумство.
Ведь достаточно поговорить с ним. Все ему высказать, все то, что она о нем думает, и вообще обо всей этой ситуации в целом и он наверняка остановится! Он ведь не сумасшедший? И не насильник?! В конце-то концов!
Но новая Маша не позволила даже пикнуть своей рациональной части. С мстительной яростью вышвыривая ее на задворки собственного разума, в то самое место, где столько лет в одиночестве провела сама – в самую настоящую темноту…. И Маша даже не успела понять, как ее сознание полностью выключилось, и что было дальше, она уже не слышала и не видела….
***
Герман сидел в машине, ожидая Влада. Сегодня он тоже решил съездить вместе с ним. Парни курили на улице, а «его парни», стояли в потрепанном «Ниссане» в конце дома.
Отписались через «Вибер», что объект приехала два часа назад, выглядела очень нервной и какой-то взъерошенной, бегом добежала до подъезда. Парни даже в подъезд на всякий случай за ней зашли, и услышали, как быстро стучали ее каблуки, и как громко она хлопнула дверью.
Герман мысленно хмыкнул, еще бы она нервной и взъерошенной не была, после того, как Влад отимел ее в своем кабинете. Даже у Германа встало, пока он видео смотрел. Горячая штучка эта Мирова…
В квартире же, судя по прослушке, сразу с порога она скинула одежду и залезла в душ.
Герман прочитал сообщение и нахмурился еще сильнее.
Эти Мировы – как кость в горле…. Две неизвестных фигуры на его шахматной доске. И непонятное влечение Лисовского к Мировой.
