Да и банально стыдно ей было рассказывать обо всем кому-либо. Она все же изменила мужу, который сейчас сидел в тюрьме, да еще и с тем, кто его в эту самую тюрьму и посадил. Выглядело вся эта ситуация очень мерзко и отвратительно. А прикрываться выдуманной психологической болезнью…. Да Маша сама бы ни за что не поверила и похохотала бы на такую отговорку…
«Тело меня предало, я не виновата, это моя вторая половина, безумно влюбленная в другого мужчину!» – господи, да это,… как же глупо это звучало, и это еще и мягко сказано.
Поэтому Маша в очередной раз опять начала врать, ну не совсем конечно врать, а просто решила полностью не говорить о том, что случилось.
– Я отказалась там работать, потому что условия, что они мне предложили, были не совсем для меня подходящие. И я, наверное, была очень зла и…, в общем,… поступила, как самая настоящая истеричка…
Геля нахмурилась, и начала доставать тарелки, Маша поднялась, и хотела уже помочь подруге, но та, шикнула на нее:
– Сядь, я сама все сделаю, ты дальше рассказывай, давай.
Маша отвела глаза в сторону и тоскливо посмотрела в окно на темное небо, затянутое серыми тучами.
– Я бросила контракт ему в лицо и уехала домой, а он видимо поехал вслед за мной…. В общем,… мы поругались, – Маша сглотнула, вспомнив то, что творил Влад, когда зашел в квартиру, и почувствовала нарастающее возбуждение в низу живота, – и у меня произошел приступ…, – прошептала она, в ужасе от себя самой.
Господи,… кажется, она превратилась в похотливую нимфоманку, и хуже того, ей понравилось то, что делал Влад….
Это отвратительно и в то же время так томительно….
Маша закрыла лицо ладонями, усилено растирая глаза, чтобы скрыть от подруги, то, как сильно она покраснела. У нее даже кончики ушей горели от стыда.
Геля села за стол напротив подруги и попыталась поймать ее взгляд, но та упорно отворачивалась и то рассматривала что-то за окном, то терла глаза. Геля чувствовала, что Маша очень многое ей не договаривает. И, кажется, даже предполагала, что…. Но ей не хотелось лезть к Маше в душу….
Геля сама никогда не была ангелом, и в своей жизни ей тоже приходилось идти на не очень хорошие, а порой даже отвратительные поступки, хоть ради и совершенно не достойного, как оказалось уже позже, человека…
Она лишь осторожно накрыла руку Маши своей ладонью и, улыбнувшись, сказала ей:
– Маша, в любом случае, чтобы не случилось, я хочу, чтобы ты знала, что всегда можешь попросить у меня помощи, и все что в моих силах я всегда сделаю.
