Если бы не тетка, которая не дала мне ему позвонить, да знакомую медсестру не вызвала, которая мне капельницу поставила от интоксикации, я бы не смогла справиться.
Через несколько дней мне пришло известие, что Макса убили в тюрьме. ОН позвонил и сказал, что если я не вернусь, то пострадает моя Инга.
И я все бросила, взяла Ингу и вернулась в Москву к отцу, в надежде, что он мне поможет.
– Но он не захотел помогать, – ответил за Гелю Михен.
А она закрыло лицо ладонями, чтобы спрятать ту боль, что тогда испытала, стоя на пороге квартиры отца вместе с маленькой Ингой.
Он вышел, дал ей денег на первое время, и сказал, что не хочет видеть у себя в доме, и вообще помогает в последний раз. На внучку, даже не взглянул.
Это был очень краткий пересказ о тех событиях. Геля умолчала о многом. Когда-нибудь она может и решиться рассказать обо всем. Но даже то, что она рассказала сейчас, уже это было очень большим прогрессом. Девушка держала эту историю в себе много лет и ни с кем, никогда не делилась. Но сейчас, когда она видела ЕГО, все внутри нее всколыхнулось, и она не смогла сдержаться.
Михен подошел к ней, поднял на руки, и понес в кровать, чувствуя себя полным ублюдком. Ведь их первый секс начинался, точно так же…
– Все будет хорошо, – прошептал он ей, укладывая девушку в постель, и ложась рядом. – Он тебя больше не обидит, я позабочусь об этом.
– Я не боюсь, что меня обидит он, кишка тонка, – жестким тоном сказала Геля, напрягаясь всем телом, – Я уже далеко не та глупая простушка. С ним я и сама разберусь, если он вдруг появится на горизонте.
Я боюсь другого.
Михен прижал к своей груди ощетинившегося ёжика, и поцеловал в нахмуренный лоб.
– Я знаю, ты думаешь, что я такой же, – прошептал он в ее макушку. – Я не идеал, ежик мой. Но я клянусь, что никогда не сделаю тебе больно, по крайней мере намерено, и всегда буду стараться делать и тебя и Ингу, и наших будущих детей счастливыми.
Геля еще сильнее напряглась в его руках.
– Наших детей? – с удивлением спросила она.
А Михен вдруг понял, что не сможет ее обманывать, у него просто нет морального права, после того, как Ангел поведала ему о своем прошлом. Мысленно выдохнув, он решился:
– Я хочу, чтобы ты прекратила пить таблетки, и мы завели ребенка. Я очень хочу этого ребенка.
Геля долго молчала, так долго, что Михен уже решил, что она уснула, но очень тихо, девушка вдруг произнесла:
– Я не буду пить таблетки…
И мужчина почувствовал себя, самым счастливым человеком на свете.
