Вниз тоненьким дождиком посыпалась мелочь, монетки покатились по полу.
Я встряхнул его посильнее, и из кармана у него выпали ключи.
— Руссо, — позвал я. — Спрашивай ты. У тебя одна минута.
— Всего? — удивился бывший инспектор.
— Да. Дольше я не удержу.
Я немного соврал. Но бандиту об этом знать не обязательно. Падра Рагна вскрикнул, махая руками в воздухе.
— Слышал? — спросил Руссо. — Лучше не тяни.
— А я… — раздался голос позади. — Я принесла, как просили.
Рыжая официантка стояла у порога, держа в руках поднос с тарелками, из которых шёл пар.
— Инжи, будь добр, прими, — попросил я, чувствуя, как засосало в желудке от голода. — Попозже поем.
Инжи галантно подобрал поднос и поставил еду рядом с диваном на маленький столик.
— Я не понял, — сказал я и потряс падре. — И чего мы молчим?
— Так что вы хотите? — падре сильно покраснел. — Вам нужен мой завод по обработке игниума?
— Пока нет. Но я подумаю.
Из-за ворота рубахи падре Рагна вылетел медальон и повис на серебряной цепочке.
— Зачем ты заказал Громова? — Руссо прикурил сигару и выдохнул целое облако дыма бандиту в лицо.
— Я? Да ты смеёшься, Ищейка? Зачем мне это?
— Вот мы и хотим выяснить.
— Как я могу заказать Громова, если он в одиночку избил всю мою охрану?
Он показал вниз, где двое избитых помогали вставать третьему. Уцелевшие делали вид, что не видят, как их падре в беде. Подниматься на второй этаж за добавкой никто не стремился.
— Три твоих человека напали на Громова в Огрании, — Руссо облокотился на поручень балкончика и стряхнул пепел вниз.
— Их узнали, у одна была татуировка твоей семьи.
— Я это видел, — подал голос Инжи.
— Зачем мне это? — испуганно взревел Рагна. — Клянусь святой Леонорой, — он поцеловал висевший медальон. — Я этого не делал.
— Значит, три твоих человека отправились на север просто так? Без твоего ведома?
— Я знаю, кто они! Всё скажу! Только не держите меня так, у меня давление. Это не мой приказ, я вам клянусь. Они действовали без моего согласия!
— Поверим ему? — спросил я.
— Ненадолго, — ответил Руссо.
Я затащил бандита назад, поставил на ноги и толкнул в грудь. Он отбежал назад и упал в своё кресло. Я пнул кресло, и оно врезалось в стену. С полки на стене упал какой-то металлический кубок.
— Руссо, он твой, — я подошёл к дивану, к столику, где стояли тарелки. — Расколи его. Будет вредничать, позови.
Тарелки слишком большие, а порции на них слишком маленькие. Я взял одно рёбрышко, обмакнул в соус и попробовал. Жестковатое, но пойдёт.
