Я шёл по улице, а они называли мне известные на севере роды, но мне эти фамилии ничего не говорили.
Варг прав. Кланы знать надо. За кого кланы, у того и больше власти. Даже Таргин Великий это упоминал.
А в академии много людей из кланов.
Сегодня днём в городе людно, иногда приходилось проталкивать себе путь плечом.
А ещё очень шумно. Мальчишки, продавшие газеты, громко орали последние новости. Мимо проезжали мотоповозки, отчаянно гудевшие, когда кто-то перебегал дорогу. Играла громкая музыка.
Надо найти спокойное место, чтобы поговорить.
Запахло свежим хлебом. Рядом булочная, куда я когда-то заходил перекусить. Конечно, опасно, могут отравить и там. Но, в конце концов, не будет же отравитель травить всю еду в городе.
— Хочешь есть? — спросила Мари. — Можно зайти, неплохая булочная, я сюда раньше ходила.
Но пройти туда не получилось. Два здоровых небритых мужика, похожих друг на друга, как братья, толкали худого булочника, перемазанного мукой. Чёрные костюмы здоровяков, один в клетку, другой в полоску, тоже покрылись пятнами от муки.
Прохожие обходили их по широкой дуге, будто ничего не было.
А рядом с тротуаром стояла красная мотоповозка с открытыми дверцами. Наверное, эти двое приехали на ней.
— Думаешь, можно не платить за аренду? — орал один из здоровяков, в чёрном костюме в полоску, и сильно толкнул булочника."
"— Но я всего на день просрочил! — оправдывался тот. — Дайте мне ещё пару дней! Пожалуйста. Сегодня выручка хорошая, я рассчитаюсь!
— Нету у тебя пары дней, — сказал другой, в костюме в клетку, и стукнул булочника кулаком в спину.
— Эй, — возмутился Варг, выбегая вперёд. — Оставьте его! Что вы устроили?
— Кто это там? — рявкнул один из здоровяков. — Здоровья много?
— Не трогайте его! — крикнула Мари, не отставая от Варга. — Вас двое, а он один.
— Лучше бы вам его оставить, — сказал Инжи спокойным голосом, скрестив руки на груди.
— Детишки, — здоровяк в клетчатом костюме положил руки на пояс и повернулся к нам. — Лучше бы вам идти в свою академию.
А не то…
— А не то что? — спросил я. — Моим людям угрожать нельзя.
— Тебе-то что, одноглазый? — клетчатый усмехнулся. — Сейчас я тебя…
Полосатый подошёл к нему и от души отвесил клетчатому подзатыльник.
— Да мой брат шутит, извините, — начал оправдываться полосатый, с тревогой глядя на меня. Он начал потеть.
Клетчатый начал ругаться на незнакомом языке, но полосатый залепил брату очередной подзатыльник и сказал одно слово, очень похожее на ""идиот"".
