Кто-то испуганно сглотнул.
— Готов? — спросил я, вытягивая левую руку.
— Да, — ответил Инжи. Лицо у него от пылающего вблизи огня вспотело и начало блестеть.
Покойный Небожитель Тэрта умел вызвать целый дождь из красных молний. Но у него было много времени, чтобы этому научиться. Я же пока мог бросить только одну или две хиленьких молнии. Хотя они были неплохими.
Левая рука начала неметь, будто я её отлежал. Пальцы закололо, они начали чесаться. Они теряли чувствительность, даже холод я больше не ощущал ими.
Пора.
Я чуть приподнялся, прикрыл глаз, когда меня забросало крошкой холодной земли, которая поднялась в воздух от очередного взрыва, и примерился для броска.
— Давай! — скомандовал я.
Рука онемела ещё сильнее. Я размахнулся и выбросил её вперёд так сильно, что почувствовал это в плече. С кончиков пальцев слетела красная молния, и к пальцам сразу вернулась чувствительность. А следом за молнией полетел здоровенный огненный шар, оставляя на своём пути искры. Сразу стало холоднее.
Один панцирник задымился после попадания моего заряда.
А соседний вспыхнул, его крыша начала гореть. Экипаж начал выбираться наружу, прямо под пули наших стрелков.
Остальные бронемашины остановились. Теперь они будут выцеливать нас.
— Пошли отсюда! — приказал я.
Рядом начали взрываться снаряды. Не обычные болванки, а что-то со взрывчаткой. Завоняло тухлым яйцом. Снаряды с игниумом.
Меня закидало землёй. Один камешек больно стукнулся по лбу, а за шарф на шее насыпалась целая горсть холодных камней.
Я сорвал шарф и начал прохлопывать, как меня засыпало ещё, будто кто-то хотел меня закопать лопатой.
В ушах звенело от бесконечных взрывов. Надо уходить ещё дальше.
— Едут! — вдруг заорал Варг, прижимая наушник плотнее. — Лин завёл своё корыто.
Вот и посмотрим, куда ушло столько денег. Я повязывал шарф назад и отошёл ещё дальше от обстрела. К озеру, покрытому льду, теперь близко. И из-за этого очень холодно.
Панцирники врага подбирались к первой линии траншей. Я насчитал штук десять, идущих одним строем, а позади двигались ещё.
Один слишком сильно повернулся к нам боком, и одна из наших пушек смогла его пробить. Из трубок на корме повалил дым с яркими искрами и всполохами пламени.
Но лобовая броня панцирников была неуязвимой для других орудий. Она сдерживала всё, что прилетало туда.
Как оказалось, временно.
Что-то гулко выстрелило у нас в тылу. Один из панцирников вдруг остановился. Прямо посреди лба у него зияла здоровенная и неровная дыра.
