Открыв глаза, она повернулась к нему лицом:
– Почему?
– Смотрю на тебя и понимаю, что меня ждет. Жаль, мы в Пекине будем всего три часа, не успеем погулять.
После девятичасовой смены гулять ей хотелось меньше всего. Сейчас бы лечь и поспать – сказывалась бессонная ночь.
– Когда мы полетим обратно, просплю весь полет.
Она взглянула на барную стойку, рядом с которой два пилота обсуждали что-то явно веселое.
– Им явно есть что вспомнить, – произнес Кларк, проследив за ее взглядом. Но Оливия уже не слышала его – она уснула, положив голову ему на плечо.
У нее было целых сорок минут.
– Оливия, – позвал мужской голос, и она вздрогнула. Вскочила, пытаясь определить, сколько прошло времени, но, взглянув на бар и не увидев Даниэля Фернандеса, запаниковала.
– Почему ты не разбудил меня?
Кларк с удивлением посмотрел на нее:
– Ты не просила.
– Давно он ушел?
– Кто?
– Торрес. Даниэль Фернандес.
Спросонья она перепутала все его имена.
– Нет, минут пять назад.
– Отлично, – Оливия побежала в направлении кухни, налетая на Джуана.
– Мне надо забрать еду для пилотов!
– Ее уже забрал Даниэль.
– Дьявол, – выругалась девушка и тут же улыбнулась, в надежде, что никто не услышал.
Как она могла уснуть и проспать самое ответственное дело? Быстро спустившись к себе в салон, она кинулась искать сок. Персиковый.
– У нас есть шоколадное мороженое?
Нина указала на морозильник, держа в руках чашку с чаем:
– Зачем тебе?
– Хочу шоколадное мороженое. А персиковый топпинг?
Нина указала на верхнюю полку, и Оливия, вытащив мороженое в пластмассовом стаканчике, поставила его на поднос, а левой рукой уже доставала бутылку с топпингом.
Сейчас она покажет этому несносному пилоту, как издеваться. Удостоверившись, что Нина ушла и ее никто не видит, девушка открыла мороженое и полила его персиковым сиропом, затем закрыла обратно. Налив два стакана персикового сока и красиво разложив салфетки, понесла поднос в кабину пилотов. Машинально набрав код на двери, открыла дверь:
– Спасибо за обед.
Сказать это мог только один человек, поэтому она ответила тем же:
– Мужчину кормят ноги.
Марк засмеялся, вставая из кресла:
– Ну, раз один мужчина принес еду, второй отнесет посуду.
Он взял подносы, но Оливия тут же перехватила их:
– Я сама все сделаю.
Марку она не желала зла и не имела в виду его, но, если судить по его улыбке, сказал он без злобы.
– Я хочу пройтись, мне не сложно занести посуду, Оливия.
