Измучавшись, я села на кровати и потянулась к узелку, чтобы отвязать оберег. Но в последний момент рука дрогнула. Попади я сейчас в наш с Данте совместный сон и пути назад не будет. Не уверена, что смогу проявить хладнокровие и не ответить магистру взаимностью. Просто потому, что этого самого хладнокровия и равнодушия во мне нет. Я хотела бы найти в себе отвращение к вампиру — но не находила. И даже его нелогичные поступки не отталкивали меня — я видела, он был честен, когда говорил о своих чувствах. И я бы тоже хотела быть с ним откровенна на все сто процентов.
Но так же, как и перед Данте, передо мной стоял выбор — либо он, либо семья. И если Лорк мучился, не зная, какое принять решение, то для меня такой дилеммы не существовало — я выбираю семью.
Я погладила мягкие пёрышки ловца и легла обратно в постель. Прошлый раз со мной связался совет Ордена. Если и в этот раз они наведаются в гости — мне будет, что им рассказать. Подумать только — неучтённый полукровка спокойно проживает за границами резервации.
Для щепетильных люменов это серьёзный прокол. Но не желание восстановить справедливость руководило мной, а злость на отца Найта. Я хотела, чтобы тот понял, насколько чудовищны были его действия — что с матерью Гидеона, что с ним самим. Я не сомневалась, что, узнай Совет об этом вопиющем случае попрания правил Ордена, ублюдка найдут и накажут! Правила люменов едины для всех!
Но если взглянуть на это с другой стороны — за всё время пребывания в академии я не видела, чтобы Гидеон был несчастен.
Да, боль от предательства родным отцом сидела в нём, от такого не исцеляются. И всё же — здесь Найта окружали люди, которые нуждались в нём, ценили его таким, какой он есть. Этот факт наводил меня на мысль оставить обнаружение Гидеона в тайне. Орден обяжет его вернуться в ближайшую резервацию. Под постоянный контроль. А я не хотела нести ответственность за разрушение жизни своего собрата-полукровки.
Пытаясь заснуть, я молила Лучистую послать мне во сне Аарона. Брат всегда находил решения для любых безвыходных ситуаций.
При воспоминании о семье солар в груди вновь ударил печалью и какой-то глухой болью. Я не видела их чуть больше недели, а мне казалось, что последняя встреча была вечность назад."
"Лучистая, как же я соскучилась по ним! Гидеон оказался прав, когда сказал, что я в какой-то мере была счастливицей. У меня есть мои родные! Я мало проводила времени дома, в основном обитая в учебке. Как и положено полукровкам.
