Я прячусь от ветра

Мелкие частицы, больше похожие на пыль, подхватило ветром, взявшимся из ниоткуда, и разметало за кровавой завесой.

— Ее милость будет недовольна, — зло произнес староста, не глядя на нас. Потом, повернув седую голову в мою сторону, добавил.

— Но будь моя воля, все бы вы сегодня встретились с богами.

Молчаливые, хмурые люди, по которым было не понять, насколько тронуло их произошедшее, медленно расходились по домам.

Глава 14

— Что, что это за проклятая земля, Тазур? — Кастан рычал от бессилия и желания кому-нибудь сломать пару конечностей.

Кажется, больше всего его бесило отсутствие виноватых.

— Как я понял, она не проклята, — теперь все слова, сказанные мне и старостой, и ведуньей из Долинки, и обитателями поместья приобрели совсем иной смысл. Кажется, я начинал понимать, что здесь происходит, и как крупно я вляпался, приняв документы от Сигеда. Хитрый и подлый королек просто спихнул неудобные земли на мои плечи.

А я, чем дальше, тем хуже понимал, что с ними делать. — Эту территорию много поколении назад выбрали как место заточения древних духов, думаю, наподобие тех, что мы видели, и привязали «тюрьму» к крови правящего рода. Не знаю, как передается это «право крови», так как нынешняя баронесса — не кровный наследник, но, видимо, что-то в этом есть. Одна из причин, почему к ней так относятся.

— И что? Она во всем виновата? — У Кастана едва ли не дым из ушей шел.

Остальные воины тоже собрались полукругом, внимательно слушая.

— Она приказала не выпускать нас за ворота, хотя староста сперва был весьма доволен, что мы собираемся возвращаться.

— Это так, — кивнул я, подтверждая слова одного из мужчин. — Если бы не ее приказ — нас всех бы сейчас разметало этим кровавым туманом.

— Вот только как ее милость узнала, где мы и что собираемся делать.

— Это едва ли не самый главный вопрос, — я поскреб бороду, которая уже начинала мешать, став непривычно длинной и курчавой.

 — А еще очень интересно, что теперь дулать нам, раз без ее помощи здесь не обосноваться.

Ждать пришлось до вечера. Сердясь и фыркая, староста все же пояснил, что туман обычно приходит раньше, что, видимо, его «отзывали». Так что теперь не известно, когда тракт станет безопасным. Единственное, что он знал точно — с наступлением темноты можно выходить за ограду.