Один из них начал было снижаться, увидев наш грузовик, но не стал тратить время и пронесся метрах в пятистах над головой.
– Загоняй машину вон в ту рощицу, – приказал водителю Козырев, – а мы пешком прогуляемся.
Пулеметный расчет он оставил рядом с «полуторкой», а мы втроем, Козырев, начальник разведки и я, поднялись на бугор, поросший кустарником. До станции было километра два. Она горела. Тяжелый маслянистый дым клубился над пакгаузами, домами. Шла непрерывная стрельба из всех видов оружия.
Вдоль редкой сосновой гривы тянулась цепочка санитарных повозок.
Раненые, которые могли идти, шли, немного отстав. Некоторые ковыляли, опираясь на самодельные костыли.
Метрах в пятистах от нас вели огонь две короткоствольные гаубицы. Я разглядел в бинокль еще два орудия, они были разбиты. Поле, остатки одинокой батареи, которую наверняка разбомбят или сомнут немецкие танки, если прорвутся. Почему они выбрали такое неудобное место?
– Дорогу обстреливают, – сказал Козырев. – С их позиции она хорошо видна.
Мы пробыли здесь часа полтора.
Станцию и поселок наши пока удерживали. Мои мрачные прогнозы насчет гаубиц сбылись. На них спикировали два «юнкерса» и сбросили несколько авиабомб, судя по-всему «стокилограммовок».
Оба самолета дождались, пока рассеется дым, и, убедившись, что орудия разбиты, повернули в сторону сосновой гривы, вдоль которой по-прежнему двигалась цепочка раненых. Обстреляв наших бойцов из пулеметов, «юнкерсы» торопливо сделали разворот. Мы увидели, что их догоняет тройка истребителей И-16.
Догнали наши «ишачки» немцев или нет, мы не поняли. Козырев приказал срочно идти к машине. Обходя горящую станцию с тыла, в сторону нашего полка двигались штук шесть танков, а к роще, где пряталась «полуторка», прямо через поле катил вездеход БМВ. Это была открытая сверху легковая машина со скошенным капотом. В ней сидели четверо немцев в белых маскхалатах (наверное, разведка) и торчал пулеметный ствол.
Шестерка танков прошла вдалеке, а разведчики задержались на несколько минут у разбитой гаубичной батареи.
Козырев, матерясь, передернул ствол пистолета.
– Лезут куда ни попадя… шесть танков зачем-то пустили. Тоже разведка. Эй, сержант, справишься с вездеходом или Гладкову пулемет взять?
– Обижаете, товарищ майор. Я в армии с сорокового года. Не промахнусь.
Но столкновение с немецкой разведгруппой обошлось нам дорого. В БМВ сидели знающие свое дело солдаты во главе с унтер-офицером.
Их машина резко изменила прежний маршрут и обошла наш бугор с тыла.
