Онлайн-библиотека книг
— Морозов, — зову через сомкнутые губы, — кто деньги взял?
— Ты ж догадался, Тим, — тихо говорит, — и кто с Сотниковым в сговоре был, тоже догадался. Кого к тебе в дом подослали, из-за кого ты все на свете забыл? Знаешь же, Тим.
— Точно она? — шепчу пересохшими губами — И на видео?
Демьян кивает и цедит с неприкрытой неприязнью.
— Если бы не снайперы, я бы вытряс из Сотникова, как он с ней снюхался, но пока он орал, что она все забрала, их и положили.
— Самурай тоже видео видел?
— Конечно. И не удивился. По уму его не валить надо было, а следить за ним, он бы ее нашел, уверен, а так…
— Менты… Знают, что это она деньги взяла? — спрашиваю, а сам не верю.
— Нет. Я успел все почистить. Можно начать прощупывать, куда она могла сбежать.
— Не надо. Я сам.
В голове пустота, а в груди будто бензин разлили и подожгли. Ника. Моя сладкая, девочка моя. Предательница. Но разве предают с такими глазами? До сих пор ее личико перед глазами, когда она меня по морде била.
Сам себя одергиваю. Очнись, Талер, какая, к х…ям, маска? Ты просто доверчивый идиот, которого развела на бабло умненькая девочка. Талантливая актриса, расчетливая сука. И пока ты радостно блеял про озеро внутри себя, умненькая девочка играла свою роль, внутренне потешаясь над твоей твердолобостью.
В груди полыхает, и я напрочь забываю, что должен изображать спящего. К черту, не могу я так, когда все нутро в огне.
— Тим, — Демьян крепко сжимает мои плечи, — теперь держись, ты должен это узнать, но будет больно. Татьяна Борисовна, директриса, умерла от сердечного приступа. Сердце у нее давно шалило.
Мое сейчас точно разорвет грудную клетку и на землю выскочит. Оно лупит по ребрам, и мне кажется, там уже должны быть синяки.
— Она обо мне узнала, поэтому, да, Демьян?
— Да, но не только из-за тебя. За день до этого на территории загородного дачного поселка в овраге нашли труп Доминики Гордиевской. Борисовна твоя была на опознании, после этого через несколько часов и скончалась. А теперь скажи, Тим, кто, по-твоему, следующий?
— Ты, Демьян, — выдыхаю с шумным хрипом и сдавливаю ручки кресла так, что они трескаются и осколками впиваются в ладони.
