Быстро иду в приемный покой. Ищу Тимура. Он подходит сзади. Обнимает меня за талию.
– Доктор вышел? – спрашивает.
Я поворачиваюсь.
– Нет еще. Ждем, – отвечаю, глядя ему в глаза. – Тимур, тебе лучше уйти, – вот так сразу обрубаю все.
Он хмурится.
– Почему? Что случилось, Лика? – голос становится жестким.
– Аркадий здесь, – опускаю взгляд.
– Ну и что? Я не собираюсь скрываться. Или ты хотела утаить от него то, что произошло между нами? Лика? Ты же не такая. Посмотри на меня.
Берет меня за подбородок и наши взгляды встречаются.
– Понимаешь, Тимур, – говорю я пересохшими губами, – сейчас не подходящее время. Не надо сейчас. Прошу тебя. Пожалуйста.
Глаза опять становятся влажными.
– Да, – Тимур тяжело вздыхает, – ты права. Скажи только одно. Ты бы рассказала ему, если бы не это все? Рассказала бы сейчас? Сразу?
Отвожу взгляд. Я и сама не знаю ответ на этот вопрос.
– Лика? – ждет Тимур. – Ты же понимаешь, что я не отступлю.
– Тимур, давай потом это обсудим? Прошу тебя. Я сейчас не в том состоянии.
Мне очень плохо. Тимофей… – и я опять начинаю плакать.
– Ну, ладно-ладно, – Тимур кладет мою голову себе на грудь. – Хорошо. Не будем пока. Я сделаю так, как ты просишь. Я уйду. Но ты должна пообещать мне.
– Что? – смотрю на него.
– Он не притронется к тебе, – серьезно произносит Тимур. – Ты не будешь с ним спать.
– Господи, Тимур, сейчас не до этого, – отмахиваюсь я.
– Лика! – он стягивает мои волосы на затылке. – Обещай!
В его глазах нехороший блеск.
– Ну?! Или я сам с него это обещание стрясу сейчас!
И ведь он может.
Господи."
"– Хорошо, – соглашаюсь я, чувствуя острую боль на затылке. – Пусти, Тимур. Ты делаешь мне больно. Обещаю.
– Молодец, – улыбается он. Отпускает волосы и уже нежно проводит по волосам. – А теперь иди.
Наклоняется и шепчет мне на самое ухо:
– Только не забывай, что ты без трусиков, Лика. Садись так, чтобы никто ничего не видел. А то я выколю глаза тому, кто увидит, а тебя отшлепаю по заднице.
И он чуть толкает меня в поясницу.
Глава 29
Лика
Мы проводим часа три, не меньше, в ожидании врача.
Наконец, он появляется. Уставший. Недовольно смотрит на нас, потирая переносицу.
– Что там, доктор?! Прошу, не молчите! – отец сразу же срывается к нему.
– Все в порядке, – устало произносит он. – Но пока в коме полежит. Так будет лучше.
Я зажмуриваюсь от страха.
– Следующие пять дней критические. Покажут, пойдет на поправку или… – он не продолжает, но мы и так все понимаем, что он имеет в виду.
