Да чего он такой спокойный-то, я не понимаю?!
Я думала, что после чаепития у мамы мне придется приводить в порядок психику Мориса, но, кажется, это ему придётся как-то упорядочивать меня.
— Ой, радость-то какая! — продолжала тем временем восторгаться мама. — Доченька, ну чего ж ты молчала-то? Стеснялась признаться, что ли? Вот скромная ты у меня!..
— Оч-ч-чень скромная и тактичная, — с видом знатока покивал Морис. — Вся в вас, я так полагаю.
А-а-а-а-а!!! Как открыть портал в Ад и провалиться туда прямо сейчас от стыда?!
— Это ж отметить надо! — засуетилась Лесания.
— Не надо, — твердо сказала я, вставая из-за стола и чувствуя легкое головокружение от волнения. — В другой раз. Нам с куратором уже надо идти.
— Как, уже? — расстроилась мама.
— Мы спешим, да. Срочные дела, и все такое…
Никуда мы не спешили, конечно, но находиться тут я больше не могла. Мне срочно нужно было поговорить с Морисом один на один.
— Ну что, господин инквизитор, идемте?
— Как?! — голос Мориса был подозрительно истеричный.
"
"Я окинула его сочувствующим взглядом. На Морисе и у его ног сейчас умостились все шестнадцать котов. Один полулежал прямо на его голове, свешиваясь с широкой спинки кресла, второй изображал меховой воротник на плечах куратора, по двое котов уместились с обеих сторон на мягких подлокотниках кресла, еще двое улеглись на коленях и лизали руки. Остальные коты, недовольные, что им не досталось места, устроились у Мориса в ногах. Вид у инквизитора, конечно, был совершенно фееричный.
— Чувствуют родную кровинушку, — с нежностью произнесла мама и горячо так сказала мне:
— Какой восхитительный молодой человек!! Флора, если что, имей в виду, с ним я разрешаю тебе завести котенка, ой, простите, — ребенка! От такого можно.
Даже если сам потом сбежит. Порода-то благородная, издалека видно.
Морис всё-таки плюнул на рамки приличия и заржал в голосину, согнувшись пополам от хохота. Потревоженные коты с недовольным фырканьем рассыпались в разные стороны.
А потом куратор внезапно с тихим хлопком превратился в мейн-куна.
Вы когда-нибудь видели кота, захлебывающегося хохотом и истерично бьющего лапкой по обивке кресла? Я вот теперь увидела. Зрелище то еще, скажу я вам.
Раздался звон и звук разбитого фарфора — это мама от потрясения выронила из рук чашку и блюдце. Так и застыла с руками в воздухе, открыв рот от удивления и с диким восторгом уставившись на белого мейн-куна с золотистым отливом.
— Простите, — сквозь смех выдавил из себя кот голосом Мориса.
