Девушка рыдала, захлёбывалась слезами, клялась в своей невиновности, и нам понадобилось довольно много времени, чтобы ее успокоить.
— Успокойтесь, мисс, никто не собирается выгонять вас из инквизиции и тащить на расправу Верховному Совету, — мягко прервал Эрик разгорающуюся истерику. — Вы жертва, а какой с жертвы спрос? Меня только одно интересует, почему Эффу выбрал именно вас в качестве своей, хм, помощницы? Мисс Габруа, есть предположения? — повернулся он ко мне.
— Он мог просто поймать Лею в очень плохом настроении, — пожала я плечами.
— Если Эффу плотно сидел в сознании Флейтона, потихоньку подпитываясь от него магией и выжидая нужного момента, то ему достаточно было дождаться, пока рядом появится кто-то в очень дурном расположении духа. По-настоящему плохом."
"— Меня в тот день парень бросил, — очень тихо произнесла Лея, глядя на меня круглыми испуганными глазами.
— Что и требовалось доказать, — вздохнула я. — Разбитое сердце — это чудесный раскол сознания, которым мог воспользоваться Эффу.
Возможно, раньше ему требовались только специфичные ""сосуды"", но с каждой новой жертвой ему все легче завладевать обычными людьми, что показывает печальный опыт с Роджером.
В общем, Лее пришлось из лаборантов лечебницы временно перекочевать в статус пациента, находящегося под строгим контролем. На всякий случай было принято решение понаблюдать за ней, мало ли еще что учудит не по своей воле?
А Морис с Эриком под моим контролем перепроверили всех служащих лечебницы, кто хоть один раз заходил в палату господина Амбросского.
Таковых было не очень много, и, к счастью, больше ничего подозрительного не обнаружилось. Однако ""допрос с пристрастием"" инквизиторам устроили жёсткий, не позавидуешь. Бедные лекари после копаний в своих головах потом шарахались и от Мориса, и от Эрика, и от меня заодно.
Тем временем, наша группа ноль-ноль-девять вернулась с Водного Кордона вслед за Эриком, и мы продолжили тренировки и обучение. Программа у нас была насыщенная, так что весь день мы были заняты.
По утрам у нас была одна-две лекции от руководителей разных отделов инквизиции. Искусство телепортации, маскировки и многие другие темы, которые так или иначе могли пригодиться нам в работе. А потом — практика. Практика-практика-практика, Морис посвящал нам очень много времени. Обучал огромному количеству защитных и боевых заклинаний, гонял на изнурительных тренировках, продолжал обучать правильной технике дыхания, раскачивая наши магические Искры.
