Эдакие пушистые ушастые комочки с большими передними зубами. Хлерби в целом безобидные, не ядовитые, на людей не нападают. Вот только мороки от них — жуть! Хулиганистые донельзя, хлерби постоянно шалили, переворачивали все верх дном. Летали они очень быстро, за такими попробуй угонись.
И сейчас целая стайка хлерби летела в мою сторону.
Одна такая мелкая пакость внезапно вырвала сумочку из моих рук.
— Эй! Ты что делаешь? Верни, тварь!
Я хотела было пульнуть парализующие чары в летающего хулигана, как меня остановил вопль одного лаборанта:
— Нет, мисс, ни в коем случае не применяйте заклинания на хлерби!! Это экспериментальные боевые образцы, еще не доработаны, они от чужих заклинаний начинают самовоспламеняться!
Час от часу не легче.
Я погналась за хлерби, надеясь врукопашную отобрать свою сумочку. Если надо — вцеплюсь зубами и буду драться. Мне моя миниатюрная сумочка дорога, как памятный подарок от покойного отца, в конце концов.
— Стой! А ну стой, гад летящий!
Хлерби показал длинный раздвоенный язык и со свистом ринулся в холл лаборатории, заполненный в этот час инквизиторами.
Я ругнулась и попробовала подпрыгнуть, чтобы выбить сумку. Есть!
Смогла дотянуться до лямки и дёрнула ее на себя, вырывая сумку из цепких лапок хлерби. Тварь обиженно взвизгнула и улетела в другой конец холла, где ее наконец кто-то перехватил. Но мне сейчас было немного не до разбушевавшегося зверинца.
Все бы ничего, но сумка оказалась открыта и перевернулась вверх дном, всё рассыпалось по полу, и я второй раз за день принялась запихивать содержимое обратно.
Как можно быстрее, пока все увлечены хлерби и не видят, что именно за блестящие упаковки вывалились пачкой из недр женской сумочки.
Нет, всё-таки надо серьёзно поговорить с мамой.
— Ай!
Я отдёрнула руку и возмущенно уставилась на капельку крови на пальце. Порезалась острым стеклянным осколком. И откуда он взялся?..
Причина нашлась сразу же: флакон с сывороткой Фелкуса разбился и разлился. Пока пыталась убрать все это дело, вся перемезалась в сыворотке и обратила внимание на то, что в холле царит какая-то подозрительная тишина.
Подняла голову и увидела, что взгляды абсолютно всех мужчин в холле были направлены на меня, и их глаза горели нехорошим таким огнем. Такой огонёк я уже видела сегодня в глазах у Мориса, одурманенного действием ароматных паров.
Вот только Морис был одурманен парой капелек, которые я мазнула на шее, а сейчас я была измазана доброй половиной флакона.
