Алан оказался в чужой стране с кучкой солдат, с обязательством отвоевать границы. Против принца выступает чёрный культ, от которого можно ждать чего угодно.
Доверять кому-то принц не привык, эмоции у него на крепком поводке. Он напоминает мне каменную статую, внутри которой живое сердце. Уж я-то знаю, что Алан способен и на любовь, и на нежность, вот только пробить его каменную кожу сумеет далеко не каждый. Вот у Элизы точно получится. А мне… мне надо просто выжить.
— Давайте поговорим откровенно, Виктория, — мягко произносит он.
— Присядьте пожалуйста.
Я подтягиваю к себе стул, сажусь подальше. То место на руке, которое поцеловал Алан, всё ещё пульсирует. Чувствую себя так, словно хожу по канату без страховки, а внизу — серая бездна.
— Да, давайте поговорим, — киваю я. Хотя, конечно, ни о какой откровенности и речи не может быть. Не могу же признаться, что прибыла из другого мира. Кто знает, как отреагирует принц. Может посмеётся… А может на дыбу отправит. Он явно не тот, кому можно открыться.
— Я не прошу вас выложить правду, Виктория.
Прошу хотя бы не лгать, — говорит принц, словно прочитав мои мысли.
— Хорошо.
— Для начала, как ваша рука?
Первую секунду пугаюсь, что Алан понял, как сильно на меня подействовало прикосновение его губ. Но потом понимаю, что он спрашивает о ране от кинжала культистов. Я поворачиваю ладонь, показывая Алану почти зажившую рану. Повязку я уже сняла.
Принц морщится, спрашивает:
— Не болит?
— Вроде нет… А что?
— Пахнет чёрной магией… Но, честно говоря, Виктория, этот запах вас всегда сопровождает.
— Вы меня всё-таки в чём-то подозреваете? — напряжённо спрашиваю я."
"— Подозревал. Но сейчас не уверен… Культистов не так сложно вычислить из толпы. Здоровьем они не блещут, да и «цена» кровавой силы накладывает отпечаток. Вы странная девушка, Виктория, словно не из этого мира… Но это не делает вас культистом. Думаю, что причина чёрной магии вокруг вас может быть другой...
Я вся подбираюсь, боясь услышать ответ. Проницательность принца меня пугает. Сначала он понял, что я не собираюсь быть откровенной.
Потом обронил фразу про «другой мир» и мои «странности»... Похоже, утаить от Алана хоть что-то будет большой проблемой. Интересно, о какой причине речь? Может ли она быть связана с тем, как я оказалась в этом мире?
— И какой? Какой может быть причина? — спрашиваю, подаваясь вперёд.
Принц всматривается в меня, видимо пытаясь понять, правда ли я не знаю. Наконец, он говорит:
— Проклятие. Думаю, вас прокляли, Виктория.
