Я тебе (не) подхожу (СИ)

— Я и не хочу отказываться!

Глаза снова наливаются слезами, но теперь от благодарности и облегчения.

Я бросаюсь тете на шею, целую ее в обе щеки, крепко обнимаю и шепчу:

— Спасибо!

Мы какое-то время обнимаемся, и тетя, расчувствовавшись, тоже украдкой смахивает слезу, а потом серьезнеет:

— Алиса, ребенка ты оставляешь, это вопрос решенный. Справимся. Сядем, спокойно все обдумаем, составим план. Надо будет, продадим что-нибудь из вещей. На первое время точно хватит, даже не переживай.

Угу, чудится мне, это она себя так успокаивает — не меня.

Однако то, что мы с ней заодно, уже придает уверенности. И то верно, справимся. Я обязана это сделать ради ребенка.

— А теперь расскажи мне все остальное, — продолжает тетя. — У вас с Назаром все вроде бы шло отлично, что случилось? И за что тебя уволили?

Я мрачно хмурюсь. Даже не знаю, с чего начать.

А потом сумбурно вываливаю все-все.

И чем дольше говорю, тем больше вытягивается тетино лицо.

— Вот подонок! — вскрикивает она, когда я наконец умолкаю, и краснеет от гнева.

Будь ее воля, точно бы помчалась устраивать разборки прямо сейчас — это как пить дать.

Но потом тетя выпускает воздух из груди, немного успокаивается, встает с места и начинает вышагивать по залу, скрестив руки на груди и поджав губы.

— Алиса, — в конце концов она встает напротив меня и качает головой, — тут что-то нечисто. Даже если твой Назар такой же козел, как и его папаша, все равно я не понимаю, почему именно ты и зачем он назвался другим человеком? Конечно, у богатых свои причуды, но… Вы должны встретиться и поговорить.

И ты уверена, что ему не стоит знать о ребенке?

Каждая фраза тети бьет по больному.

Внутри все леденеет, ведь снова увидеть ту ухмылку Назара — последнее, чего я хочу. Однако знаю: тетя права. Да и мне нужна точка, а не многоточие. Всю жизнь мучиться, не понимая, за что он так со мной, — такое себе удовольствие.

Значит, последнему разговору все-таки быть, тем более я знаю, что он остановился в «Астории».

Глава 6

Алиса

Я бросаю взгляд на часы и качаю головой.

М-да, уже битый час сижу на лавочке в парке недалеко от «Астории», возле небольшого фонтана, и малодушничаю — никак не могу наконец собрать мысли в кучу, пойти к Исаеву и расставить все точки над «и».

Внутри меня идут настоящие баталии: два голоса спорят о том, как и что говорить Назару.

«Зачем ты мне врал?» — вопрошает первый."

"«Это что за тон? Осталось только заискивающе округлить глаза и всхлипнуть. Тряпка», — шипит второй.