Пол в одном из шкафов отличается по цвету. Постучав по нему, понимаю, что там пустота, и после небольших усилий сдвигаю дощечку в сторону.
– Туда лезть не стоит.
– Блин…
Подпрыгиваю от неожиданности и хватаюсь за сердце.
– Кофе сварила? – сверлит взглядом.
– Нет! Решила осмотреться.
Мужчина двигает меня плечом и ставит дощечку на место.
– Там небольшой кейс с пистолетом. Код ты всё равно не знаешь. Спальню уже выбрала?
– Нет. Я просто не успела.
– Зато тайник успела найти.
– Не очень-то хорошо он был спрятан.
В детстве у меня был почти такой же… – внезапно делюсь.
– Да ну? С пушкой?
– Нет. С дневником, – усмехаюсь грустно. – С дневником и косметичкой. У меня был очень строгий отчим. Приходилось прятать от него приятные сердцу мелочи. Типа браслетика с шармами и вишнёвый блеск для губ.
– Это тот самый отчим, что сейчас муж?
Киваю.
– Ты в курсе многого, да? – внезапно перехожу на «ты». – Давно знаешь Рината?
– С детства, – отвечает скупо.
Первым выходит из комнаты и направляется на кухню.
Осмотрев ещё раз спальни, я так и не поняла, где мне стоит спать. Обе спальни безликие и совершенно одинаковые, как комнаты в отеле среднего уровня.
На кухню меня ведёт запах обжаренного кофе. Аромат щекочет ноздри и хотя я не люблю крепкие сорта, с удовольствием вдыхаю этот аромат. Он кажется таким приятным и уютным, напоминает о доме, которого у меня нет. У меня язык не повернётся назвать домом клетку, в которой держит меня Вадим.
Мой дом где-то далеко отсюда, рядом с сыном… Он – моё сердце и та крупица света, которая придаёт вкус безрадостной жизни.
– Пахнет вкусно, – признаюсь, сев за стол.
– В холодильнике еда. Можешь достать что-нибудь для себя, – отвечает мужчина, так и не повернувшись.
Он сосредоченно колдует над туркой с видом шамана.
– Как мне тебя называть?"
"– Бекетов.
– Бекетов… Бекетов… – повторяю, распахнув дверцы холодильника.
Осматриваю полки, забитые едой, которая с лёгкостью пролежит полгода, не испортившись.
Выбираю слайсы и клубничный джем, упаковку сливок и пачку чая. Потом набираю в чайник воды из-под крана и ставлю на подставку, щёлкнув кнопкой.
– Говоришь, что знаешь Рината с детства, Бекетов. Но я ни разу не слышала о тебе. У меня хорошая память на фамилии и прозвища. Я слышала о многих других. Тяпа, Шумов, Косой… Жэка. Ни одного чертового Бекетова. Такую фамилию я бы запомнила.
– Потому что я не тот, чьё имя стоит полоскать.
