Я тебя не помню

Но избавиться таким образом от ребенка-инвалида… — сердце ныло и болело, когда я об этом думал.

Как ему жилось с осознанием, что где-то росла родная дочь его жены и нуждалась в помощи? Или проще было воспитывать абсолютно чужого для себя ребенка?

— Ну все, кажется, оторвались, — Динар построил новый маршрут в навигаторе и достал сигареты из кармана пиджака. — Парфенов пообещал, что Глеба закроют, а ему выдвинут обвинение. Если все удачно сложится, то я бы забирал Надю и детей, и сваливал куда подальше.

— Я не могу уехать. И ты прекрасно это знаешь. Возможно, я вернусь к ним, как решу свои вопросы. Рано строить планы.

— А если забить на эти вопросы? Ты же по сути ничего не теряешь. С бизнесом помогу. Как все станет поспокойнее, вернетесь.

— Я подумаю. Но не все так просто. Это «вернетесь» может растянуться на десятилетия.

— Подумай, Максим. Потому что здесь вам не дадут спокойно жить.

Через два часа мы были на месте. Я не торопился выходить из машины. Смотрел через окно на обветшалый дом, огороженный деревянным забором.

— С тобой пойду, — Динар вышел на улицу следом за мной и осмотрелся по сторонам.

Открыв калитку, мы прошли по узкой дорожке к дому и я постучал в окно. Сердце и так билось через раз от мысли, что увижу сейчас недееспособную девочку, но в каком бы состоянии она не была, ее здесь не оставлю.

— Вы кто? — через дверь послышался глухой и слабый голос.

— Мы из благотворительного фонда. Были сегодня у вашей дочери Хованской Ирины Сергеевны. Она дала нам ваш адрес, чтобы мы помогли ее девочке. У Лиды ведь проблемы со здоровьем?

Возможно, не стоило так резко срываться эту поездку, а подготовиться. Взять с собой Наташу и медсестру. К женщинам у старушки возникло бы больше доверия. Но с другой стороны я бы сошел с ума от неизвестности и ожидания за это время.

— Я сейчас. Ждите.

Мы переглянулись с Динаром. Я было потянулся к сигаретам, но он остановил меня."

"— И так со стороны походишь на пришибленного. Не хватало еще, чтобы бабка не пустила нас на порог.

Да, он прав. Вся ночь у меня впереди, чтобы провести ее в никотиновом забытье. Если еще раньше не сойду с ума после этого разговора и встречи с девочкой.

— Проходите, — старушка открыла дверь через десять минут.