— Отлично. Значит, сам.
Так же резко отпустил меня и направился к двери.
— Ты куда?
— В банк, восстанавливать свои кредитки, я сегодня получил паспорт на почте, — обернулся, увидел, как я подняла сумочку с пола, и как отрезал, — я сам справлюсь."
"Хлопнул дверью магазина, а я вздрогнула и прижала руки к щекам. Конечно, справится. Он всегда прекрасно справлялся сам. Это я без него с ума сходила, а у него все было отлично этот год. Он даже видеть меня не хотел. Словно всю жизнь мечтал избавиться, и когда подвернулся такой случай, просто воспрял духом, зажил, вдохнул полной грудью.
Вот что меня убивало все это время… Наверное, я хотела знать, что ему этот развод так же болезненен, как и мне, а оказалось, что я одна горю в адском пекле. Вот и сейчас посмотрел на меня, как и когда-то. Отчужденно, холодно. Отталкивая обратно в прошлое, о котором я так неосторожно позволила себе забыть, задыхаясь в его объятиях всего лишь какие-то полчаса назад.
Я заглянула в сумочку, достала сотовый, увидела несколько пропущенных звонков от свекрови и от девушки Олега.
Она оставила смску насчет похорон.
Как некрасиво получилось, мы даже не зашли к ним. А ведь они с Кириллом дружили, и Олег много сделал для него. Я написала ответную, что мы обязательно будем завтра, и села в машину. Ужасно хотелось набрать Кирилла, но я сдержалась, бросила сотовый на сидение и повернула ключ в зажигании.
* * *Я заметила ее сразу. Каким-то шестым чувством поняла, что это она.
Коротковолосая блондинка у новенькой блестящей «Тойоты» серебристого цвета. Облокотилась задом на капот и руки на груди сложила. Каблуком сапога в покрышку уперлась так, что черные джинсы обтянули стройное бедро. Наверное, именно такой я ее себе и представляла. Именно такой должны быть любовницы, на которых меняют старых и потасканных жен. На вот таких вот ярких экзотических бабочек. Трясти начинало откуда-то издалека. Отголосками. Этого я боялась, когда не сказала ему? А вот и мои страхи во плоти.
Сами заявились ко мне. Со всей наглостью, присущей ее возрасту. Оказывается, это не просто больно, а это адски больно — увидеть вот так близко ту, на кого тебя променяли.
Я припарковалась и мысленно заставила себя успокоиться. Сосчитать до десяти и выйти из машины. Я ведь могу ошибаться. Но нет, я все же не ошиблась. Блондинка оттолкнулась от капота и тут же пошла ко мне, засовывая руки в карманы удлиненного кожаного плаща.
