Я тебя никогда (СИ)

Особенно тут некуда было двигаться.

Лицей уже показался вдалеке, но мне казалось, что мы никогда не доедем до парковки — я просто сойду с ума.

— Что шарахаешься? — поднял брови Матвей. — Думала, что поцелую тебя, да?

Да. Так и думала.

Боялась или… Хотела.

Сама не знала ответ на этот вопрос.

— Хотела, чтобы я тебя опять целовал, убогая? — рассмеялся Матвей, а я ощутила как щёки снова загорелись от стыда. Да что же я совсем не умею чувства и эмоции прятать! Вон как ловко он меня раскусил… Нужно учиться этому, иначе жить мне будет очень тяжко.

— Нет! — сказала я слишком громко и нервно, и Матвей рассмеялся ещё громче.

— Да, убогая! Хотела. Ты совсем не умеешь врать.

Я снова уткнулась в свои колени.

Проще молчать и делать вид, что его нет, чем спорить с ним и отвечать на его глупые подколки.

Далась я ему…

Он же вроде как не хотел общаться?

Я бы вернулась к этой стадии его гнева на меня.

— Влюбилась в меня, колись? — продолжал прикалываться он и слегка толкнул меня в бок.

— Нет, не влюбилась.

— Влюбилась-влюбилась! Я вижу, как у тебя глаза горят, когда ты смотришь на меня. Нравлюсь, а?

— В таких дураков, как ты, не влюбляются, ясно? — заявила я, бросив ему в лицо обидные слова. — Найди себе подругу по разуму, и отстань от меня.

Тут же пожалела о грубости, которую проявила.

Сейчас он разозлится и опубликует видео мне назло…

Я подняла глаза и встретилась с недобрым взглядом Матвея.

Невольно сжалась в ком, а по коже побежали крупные мурашки — настолько тяжелым был его взгляд и энергетика, он буквально подавлял меня одними глазами…

Ну и с кем я решила состязаться, дурёха?

Мне его не победить.

Он сильнее меня и физически, и морально.

Взрослее будто. Он не даст мне одержать над ним верх и каждый раз будет возвращать с небес на землю, указывая моё место.

— Ну ладно, убогая, — желваки ходили ходуном на его скулах. — Войны хочешь? Будет тебе война.

— Нет, я… Не хочу войны, — быстро отозвалась я. — Слушай, ну извини, что нагрубила… Ты меня задеваешь.

— Извинить? — изогнул он скептически одну бровь.

— Да. Прости.

— Я уже слышал твои извинения, но ты опять взялась меня оскорблять.

— А ты меня не оскорбляешь? — резонно заметила я, снова теряя контроль над собой.

Так хотелось ему высказать всё, что скопилось на душе. И то, что я сказала бы, Матвею однозначно не понравилось бы.