Я тебя прощаю. Чужая любовь

Миа отошла достаточно далеко, чтобы мы чувствовали себя уединенно.

– Мне немного стыдно, – шептала я в грудь, крепче прижимаясь. – А еще страшно. Все слишком хорошо. Вдруг завтра что-то изменится?

– Например?

– Не знаю, – пожала я плечами, стараясь напитаться теплом оборотня. Его близость оказывала на меня чудодейственное свойство – в объятиях я ощущала себя защищенной. В безопасности. Рядом со старшим Лесманом все проблемы казались мелкими и незначительными.

– Завтра будет только лучше, – пообещал Адам.

***

Предчувствие меня не обмануло.

Я встретила того, кого считала умершим. Того, кто не ценил меня, воспользовался, растоптал мою привязанность и чувство достоинства. Того, кого я думала, что любила, и считала отцом своего ребенка.

– Что тебе нужно? – спросила я у призрака прошлого.

Я не испугалась и не была удивлена. Появление Эрила из ниоткуда было чем-то правильным – завершающей главой в наших отношениях.

Оборотень вышел из подлеска, он поджидал и точно знал, что мы с Тёмой будем здесь гулять.

Если понаблюдать несколько дней, то можно выяснить, что наш распорядок дня прост и цикличен: завтрак, прогулка на площадке, обед, сон, прогулка у леса и вновь сон. И Эрил выбрал именно тот момент, когда Адам только-только скрылся в чаще и в ближайшие несколько часов проведет в обличье волка.

– Ты удивила меня, Лера. – Мужская фигура, облаченная в серую обезличенную одежду, пришла в движение. – Я думал, ты хотя бы закричишь.

– А это что-то изменит? – спросила я.

Возможно, разумнее мне было так и сделать, закричать что есть силы.

Эрил бы сбежал, побоялся бы встречаться с кем-то из стаи, а тем более со своим старшим братом. Но я хотела услышать то, что привело сюда оборотня.

Он перевел взгляд на волчонка в прогулочной коляске и произнес:

– Я пришел внести коррективу в вашу идеальную с моим братом жизнь.

– Ты не вправе нас упрекать, – высказалась я.

– Я и не собирался. Хотел лишь рассказать тебе кое-что.

– Не трать время. Ты меня ничем не удивишь.

– Да ладно? – рассмеялся оборотень.

Он сделал шаг – обдуманный и осторожный.

Трус!

– Боишься, что тебя заметят? – я ехидно уточнила.

– Не хотелось бы попасться под горячую руку братца, – признался Эрил. – Что он тебе наплел? Я героически погиб при сражении с вражеской стаей? Или улетел покорять космические вершины, и мой шаттл не выдержал перегрузки?

– Красивые фантазии, Эрил. Но нет."

"Я промолчала о версии Адама, в которой Эрил погиб в сражении с вампирами. Не хотела тешить самолюбие засранца.