– Куда? – так же негромко осведомился он, не позволяя мне сдвинуться с места. Я пожала плечами:
– Да какая разница?
Огонь в его глазах стал ярче.
– Куда, Ева?
– В шею, плечи! – чуть раздраженно бросила я. – Да какая тебе разница! Спроси у него!
– Тебе это понравилось? – мягко спросил Линтар. – Ты сказала, что тебе было приятно.
– У меня не было выбора! – кажется, я начала злиться. – Думаешь, я могла отказаться? Что-то не заметила, чтобы арманцы интересовались моим мнением! Кажется, вы привыкли брать не спрашивая!
– Дальше, – тихо приказал он.
– Что было дальше?
– Я не хочу об этом говорить, – снова попыталась вывернуться, но он лишь сжал крепче.
– Зато я хочу. Что было дальше? Почему, когда я пришел, ты была в платье?
– Так торопились, что не успела раздеться, – гневно бросила я. И отшатнулась, стараясь не смотреть на багровые линии на висках.
– Ты соврала мне, что невинна?
– Нет! – выкрикнула я. – Отпусти меня! Я не хочу говорить, и мне… больно!
– Врешь, – вдруг резко сказал он и тряхнул меня.
От сдержанности в один миг ничего не осталось, теперь я ясно видела, насколько арманец злится. – Врешь, только не понимаю зачем! Ты что, хочешь, чтобы я проверять начал? Говори правду!
– Не было ничего! – заорала я. – Не было! Он только поцеловал, а потом… уснул! Он был очень пьян!
– А он рассказывает другое.
– Откуда я знаю, что ему там привиделось? – возмутилась я вполне искренне.
– А теперь объясни, почему ты это нарисовала? – рявкнул Линтар, и я поперхнулась. В его руке был лист с моим наброском.
Вот же проклятый арманец, значит, успел посмотреть рисунки? Наверное, пока я спала. Испугалась еще сильнее: главное, чтобы не догадался, что это не просто рисунки… Лихорадочно посмотрела, что именно там нарисовано. Ничего конкретного, кусочки, отрывки… Линтар сжал мои волосы в кулак, заставляя откинуть голову и не спуская с меня тяжелого взгляда."
"– Чтобы не забыть, кого потом ненавидеть! Жаль, тебя и рисовать не надо, и так постоянно перед глазами торчишь! – огрызнулась я.
– Отпусти меня! – Я снова облизала губы, и он посмотрел на них. И сразу вспомнилось, как арманец целовал меня ночью, на этом же месте. О, Светлый Дух…
– В твоих интересах не врать мне, Ева, – склонившись к моему лицу, сказал он. – Я ведь все равно узнаю правду.
– Ты что, ревнуешь? – Слова вырвались у меня прежде, чем я успела подумать.
Он как-то рвано вздохнул и снова посмотрел на мои губы. Так посмотрел, что меня кинуло в жар, и тело ослабло.
