Как только мы вошли в покои, Аярна прижалась к моей спине всем телом, скользнула ладонями вдоль бедер.
– Я так соскучилась, – промурчала она. – Ты напряжен. Позволишь остаться с тобой?
Я чуть поморщился. Сегодня мне нужны другие ласки, и общества принцессы явно недостаточно. Я хотел другого… Все же с Аярной во многом приходится сдерживаться. А я хотел не думать совершенно, отпустить огонь хоть на несколько мгновений.
– Не сегодня, – отвел ее руки. – Я устал.
– Все прошло благополучно? – равнодушно спросила она.
Аярну совершенно не волновал этот вопрос, и она задавала его исключительно из вежливости. И даже не ждала ответа. Да и я не отвечал. Политические вопросы не должны волновать принцессу, ее забота – будущие наследники. Так что просто пожал плечами.
Девушка снова попыталась меня обнять.
– Я хочу, чтобы мы скорее соединились в дорххаме, – прошептала она, заглядывая мне в глаза. – Хочу стать твоей, Линтар!
Она шептала что-то еще, но я не слушал, снова вернувшись воспоминаниями к тому, о чем старался не думать.
Белые волосы, сплетенные с красными. Золотистое тело. Приоткрытые губы цвета сочной малины. Изумрудные глаза…"
"Проклятая дикарка. Не помню, чтобы хоть раз так терял голову от вида обнаженного женского тела. Источник Жизни почти не дурманит арманцев, и тем более он не влияет на наследников крови. Но когда я был там с Евой… Даже когда она сказала, что девственна, я готов был плюнуть на все и войти в ее тело. Да что там… Я обрадовался.
Не знаю, как смог остановиться. Не хотел останавливаться. Хотел пролить ее девственную кровь на священной земле, хотел, чтобы она стала моей именно там.
Я усмехнулся воспоминаниям. Похоже, мне действительно нужно расслабиться. Ничего, в моей долине достаточно женских тел, чтобы вытеснить из головы всякие глупости.
За этими мыслями я почти забыл про Аярну, которая рассматривала меня, чуть прищурившись.
– О ком ты думаешь? – резко спросила она.
– О ком ты сейчас думаешь, Линтар?
Я потянулся, отстегивая оружие.
– Ты забываешься, – не глядя на девушку, тихо сказал я.
Аярна осеклась, вскинула голову. Отошла к столику с фруктами и вином. Отщипнула золотистую виноградинку. И снова я вспомнил совсем другое лицо, тонкие пальцы, держащие гроздь… красные пряди…
Вот же…
– Дорога была утомительной, – намекнул я, желая, чтобы она ушла. Прозвучало грубо, но мне ужасно не хотелось разговаривать.
