Так что пришлось импровизировать. Церемониальные поклоны и приседания арманца вряд ли порадовали бы. Он смотрел на мои перемещения, чуть прищурившись, в красных глазах появился коричневый оттенок. Словно запекшаяся кровь. И мне этот взгляд сильно не нравился. Впрочем, мне вообще тут все не нравилось. Я резко остановилась, когда он одним рывком встал из кресла и подошел ко мне.
– Такая красивая… – с непонятной интонацией протянул он, приподнял мое лицо за подбородок, хищно облизнулся. – Линтар отправлял тебя в дорххам, энке?
– Нет… – непонимающе протянула я.
– Зачем?
– Хм… неужели сестра ошиблась… – сам себе пробормотал арманец, дернул меня за волосы, запрокидывая мне голову. Больно. – …и ты обычная аерия, одна из сотен его игрушек? И ничего для него не значишь… Скажи, он целовал тебя? В губы? Хоть раз? Отвечай!
Он сжал мое лицо так, что на щеке, наверное, остался синяк от его пальцев. И улыбнулся довольно, увидев, что мне больно. Сжал сильнее. Я с трудом удержалась от вскрика.
– Нет!
– Нет? А вот сестра уверяла, что да…
– Я вообще не понимаю, о чем вы говорите!
– Расскажи, что он с тобой делал, дикарка.
– А вы любите слушать, как это происходит у других? – не удержалась я. – У арманцев странная склонность к… подглядыванию!"
"Мужчина рассмеялся, потом облизнул губы, склонился ниже. И я явственно почувствовала сильный запах хмеля. Поморщилась. А он снова ухмыльнулся.
– Линтар научил тебя ублажать мужчину, дикарка? – похотливо улыбнувшись, спросил он. – Расскажи, что он любит? Если будешь достаточно убедительна, проживешь дольше.
Давай, говори! – и снова дернул меня за волосы, так что я сжала зубы, пытаясь не заорать.
Создатель! Да ведь этот арманец, кем бы он ни был, завидует повелителю Ранххара! Я так ясно видела в его красных глазах эту зависть, желтую и мутную, склизкую, как пиявка! У меня уже кружилась голова, надо скорее осуществить задуманное, иначе арманцу достанется мое бесчувственное тело!
– Да, он научил, – изобразив смущение и тщательно скрывая отвращение, сказала я.
И откинула голову. – Знаете, повелитель такой горячий… Он всегда начинает с поцелуев в шею. Сюда.
Арманец притянул меня к себе еще ближе и лизнул там, где я указала. Я радостно вздохнула. И даже изобразила какое-то подобие стона.
– Да, да… Еще!
Снова движение его языка по моей коже. Отчаянно хотелось пнуть арманца изо всей силы, но я сдержалась.
– Пожалуй, я не буду убивать тебя, – прошептал он. – Если ты доставишь мне удовольствие, дикарка.
