Я даже не знала, что можно целовать вот так. Грубо и жадно, с невероятной страстью, на которую мое тело отзывается отчаянной потребностью. Что делает меня совершенно растерянной и покорной. Я теряюсь, пропадаю в этом бешеном напоре. Каждая клеточка трепещет, горло перехватывает от возбуждения. Грубая щетина больно царапает кожу, но в то же время, это добавляет еще один безумный ингредиент в дикий коктейль происходящего. Таир сжимает меня в объятиях до хруста, вырывая из горла приглушенный жалобный стон. Чуть подается назад, дает вдохнуть немного.
Наши глаза встречаются. Я тону в его темных огненных омутах…
Почти на физическом уровне ощущаю, как между нами протягиваются прозрачные нити – обманчивые, но крепкие, будто жгутами держат. Так же цепко, как и его пронзительный взгляд.
Новый поцелуй обрушивается, словно продолжится все это как в прошлый раз, в бунгало. Он даже не сомневается в этом!
Все это неправильно! Я должна оттолкнуть его. Байратов женат, я не могу просто забыть об этом. Это унизительно!
Эта мысль отрезвляет и возвращает к реальности.
Начинаю изо всех сил вырываться, отталкивать.
– Хватит, прошу, Марина. Я не могу больше без тебя… На этот раз все будет по-другому, клянусь, – бормочет глухо.
– Ты женат! – толкаю его в грудь.
– Осталось недолго…
– Но пока есть этот статус, не смей больше… касаться меня!"
"Замираем друг на против друга. Вот только руки Таира так и лежат на моей талии. Не отпускает меня. Чувствую пустоту и отчаяние. Зачем я вспомнила о Дине? Теперь хочется сжаться в комок, тихо поскуливая.
Да, я ревную. До этого момента удавалось скрывать от себя, не замечать сей факт. И вот отчетливо понимаю, что не справляюсь с этой ситуацией! Уже готова рассыпаться от всего, что происходит. Хочется сбежать как можно дальше от всего этого.
– Хватит, Таир! – кричу ему в лицо. – Хватит унижать меня, доканывать! Устраивать сцены ревности. Я уеду, уволюсь!
– Прекрати, успокойся, – хрипло произносит Байратов.
– Это будешь говорить жене! Уходи, оставь меня в покое.
И не приезжай сюда больше. Будешь видеть сына на нейтральной территории.
Ничего не отвечает. Не отпускает меня, вырываться – лишь новая провокация. Меня душат слезы.
Но тут в дверь осторожно стучат, и мы оба отшатываемся друг от друга.
– Мариночка, с тобой все в порядке, дорогая? – раздается голос Светланы Федоровны.
Отскакиваю от Таира, открываю дверь.
– Да, все хорошо.
– Я вернулась, извини что так поздно. Тяжело было с детками?
– Нормально.
