Горечь разлилась на языке. Господи, что это, мелькнуло в сознании Сони. Ее окутало какое-то странное состояние. Она все видела, и все понимала, но при этом не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой. Все вокруг происходило словно в тумане. Тело налилось свинцовой тяжестью, и совершенно ее не слушалось. Она ощущала, как Любомирский спустил с ее плеч платье, как коснулся бледных холодных губ поцелуем.
Воронцов в раздражении прервал поток красноречия княгини Головиной.
- Ваша светлость, это совершенно Вас не касается, - заявил он, - С чего вдруг такой интерес к личной жизни моей невесты?
- Конечно, это не мое дело, но Вы мне далеко не чужой человек, и как мне кажется, Софья Алексеевна, особа весьма аморального поведения, - опустив глаза, произнесла Елизавета Михайловна.
- Простите, Ваша светлость, но я должен вернуться, - Василий развернулся, чтобы уйти, но Лиза ухватила его за рукав редингота."
"- Последнее одолжение, - потупив глаза, сказала она, - В наше последнее свидание в малом павильоне я оставила там свое колье с изумрудами.
Не могли бы мы сейчас забрать его оттуда. Кто знает, когда я в следующий раз буду в Вашем доме?
- Хорошо, - выдохнул Василий.
Взяв княгиню под руку, он направился по дорожке сада к месту их тайных свиданий в прошлом.
Подойдя к цели, княгиня распахнула дверь, и сделав вид, что смутилась, повернулась на пороге.
- Ой, мы, кажется не вовремя, - прошептала она, глядя в глаза Воронцова.
Василий бросил мимолетный взгляд на парочку, сплетенную в тесном объятии на небольшом диванчике.
Ему в глаза бросились темные локоны и ярко-синее платье женщины. Софья! Это было как удар ножа в спину. Сначала пришла злость, потом на смену ей, боль. Расширившимися глазами он смотрел, как другой мужчина ласкает его возлюбленную. В полумраке блеснули синие глаза, слабая полуулыбка тронула бледные губы.
В глазах Сони все расплывалось. Ей показалось, что она видит Воронцова. Хотелось закричать: помоги мне, забери отсюда, но она смогла только беззвучно прошептать его имя. Гнев и ярость в его глазах, сменились болью.
Василий судорожно сжал ладонь в кулак. Темные глаза облили ее презрением. Глубоко вздохнув, он вышел, захлопнув дверь.
Вернувшись в дом, он, не замедляя шагов, прошел в свой кабинет. Налив из графина полный бокал бренди, осушил его несколькими глотками. На пороге появилась княгиня Воронцова.
- Василий, где Софья? Пора.
- Помолвки не будет, - прошипел князь, - Оставьте меня.
- Я не понимаю…, - начала было Анна Николаевна.
