— Сумка где?
— В машине.
— А че молчала?! — он разводит руки в стороны, в этот момент я вижу движение за его спиной.
Все происходит очень быстро! Кирилл вылетает из-за угла, выкручивает Леонидасу руку, пистолет падает на пол. Рука грека летит вверх, сам он наклоняется вперед и кривится от боли. Удар, он опускается вниз. Еще удары!
Мое сердце впервые за последнюю минуту сжимается и делает удар! Потом еще один! Пульс мгновенно учащается.
Я забиваюсь в угол и таращусь во все глаза. Живой! Бледный как полотно, но живой!
— Сука, блть, — ругается Кирилл, фиксируя противника на полу.
Плюется в него.
— Выстрелы? — пытаюсь вложить все свои страхи в одно слово. И у меня получается! Интонации такие, что самой жутко.
— Травмат. Но с двух метров больно капец! Достань телефон из моего заднего кармана и выбери контакт «Спанидис К.».
Слушаюсь. Когда идут гудки, Кирилл зажимает трубку между ухом и плечом.
— Добрый, Константин Андреасович, — голос звучит отрывисто. — На мою жизнь только что было совершено покушение, — он говорит громче.
— Я с вашим щенком, блть, щас могу сделать, что захочу! Уничтожить, посадить… У вас минут пятнадцать, чтобы появиться и попытаться как-то повлиять на ситуацию!
Меня ощутимо потряхивает. Кирилл морщится, как от боли. Рубашка на его груди запачкана кровью. Я не знаю, чья эта кровь.
Торопливые шаги по лестнице, к нам несется Николай и технично перехватывает Леонидаса из рук Кирилла.
— Быстро ты, — говорит Кирилл, отходя на пару шагов в сторону. Присаживается на корточки и прислоняется спиной к стене.
В его словах слышится ирония.
Николай отборно ругается.
— Ушлепок должен был через два часа вылететь в Грецию, я на минуту оставил его без присмотра у дома его родителей.
Я подхожу к Кириллу, сажусь на корточки рядом и утыкаюсь лицом в его плечо. Я боюсь его трогать, я… просто никак не надышусь его запахом. Радуюсь, что он теплый. Горячий! Что он живой.
— Испугалась? — спрашивает Кирилл.
Я киваю.
— Прости, — он обнимает меня, и я прижимаюсь к его груди.
Кирилл трет лоб, провожая глазами Леонидаса, которого Николай ведет вниз по лестнице.
— Идем, парень, — говорит тот. — Теперь ты точно попал. Вот мамка-то рыдать будет.
Леонидас что-то отвечает, но я не слушаю. В моих ушах по-прежнему шум. Я слышу только свой океан. Сердце колотится, непонятно, у кого быстрее.
Глава 46
Лада
Его телефон вибрирует. Ему нужно идти. Я льну ближе, прижимаюсь сильнее, давая понять, что не хочу отпускать.
