Как тут не стать сексистом, живя в таком мире?
— Кирилл, можно вопрос? — Елена решает не терять зря времени и кидается в атаку."
"Тот кивает, и она начинает пересказывать ситуацию своей подруги. Говорит довольно долго, подробно, срываясь на смех и улыбки. Иногда путаясь, поправляя себя. Мне кажется, она либо сочиняет на ходу, либо что-то где-то слышала, а теперь пытается импровизировать.
— И вот на нее подали в суд, представляешь! Да, она сама подписала те бумаги, но при этом она совершенно не виновата! Ее обманули.
Кирилл, можно хоть что-нибудь сделать в такой ситуации?
— Выводы на будущее, — отвечает он, пожимая плечами. — Сочувствую.
Она глядит на него с восторгом и надеждой, он молчит. Евгений издает веселый смешок, и Елена бросает на него раздраженный взгляд. Мне тоже становится немного смешно.
— А твой отец не может ей подсказать? — подает идею пытающийся реабилитироваться Евгений. — Уверен, у него есть на примете хорошие адвокаты.
— Есть, конечно, просто я так переживаю! — вздыхает Елена.
— Если по-честному, то ничего не поделаешь, — встреваю я. — Выиграть такое дело нереально, там стоит ее подпись. Понимаешь, она будто добровольно призналась в том, что украла киловатты, и расписалась под этим. Огромнейшая глупость.
— Но она не крала! — жестикулирует в возмущении Елена.
— Так а чеки есть? — спрашивает Кирилл. — Договор с энергетиками и чеки об уплате за весь период?
— Нет, кажется.
Он разводит руками, дескать, такова судьба.
— Но она сожгла намного меньше энергии, чем указано в этих дурацких бумагах!
«Не грузи его по работе, он устал, видишь же», — пишу Елене под столом.
Получив сообщение, она вспыхивает и благодарно кивает мне. Поспешно переводит тему. Дальше мы с Еленой пьем вино, мужчины — виски. Разговаривать нам вчетвером совершенно не о чем, поэтому мы с Еленой обсуждаем ее предстоящий отпуск в Сочи. Я жалуюсь, что мне отдых в ближайшее время не светит, только устроилась на работу, первые три месяца испытательный срок.
— Теперь я девушка свободная, независимая, обеспечиваю себя сама, — говорю вкрадчиво, надеясь, что Кирилл услышит.
Не понимаю почему, но мне важно, чтобы он знал — я не на букву «ш», и на обручении ничего не было.
В какой-то момент Евгений отлучается ответить на важный телефонный звонок.
— Извините, я на пять минут. Консультирую приятеля, у него никак лошадь не может разродиться, — смущается он, встает из-за стола и уходит.
Евгений — ветеринар, причем очень хороший, у него своя клиника.
