Медленно обхожу его и как только хочу дать деру, Вадим хватает меня за запястье.
— Если будет нужна помощь с платьем, позови.
Да я скорее сдохну в этом платье, чем попрошу его о помощи. Одергиваю руку и почти размеренным шагом иду к лестнице. Если когда-нибудь еще выйду замуж, то больше никакого пышного платья, которое весит почти как я.
До своей комнаты добираюсь еле дыша. Днем это платье мне не казалось такой тяжелой ношей. Хотя, у меня и ноги не болели, а сейчас ноет не только коленка, но и пальцы на ногах.
Когда удается избавиться от чулок, я понимаю почему так больно. Я не только содрала едва заживающуюся корочку с коленки, но и натерла пальцы.
Однако это оказывается ерундой, по сравнению с тем, что я не могу снять платье. Двадцать минут безуспешных попыток, тонны слез и самый настоящий психоз. Я выдыхаюсь настолько, что уже не остается слез. От бессилия вынимаю из волос заколки и распускаю волосы.
Взгляд как-то сам падает на бутылку шампанского. Я и не думала ее открывать. Тем более не умею.
Зачем вообще схватила — не понимаю. Но что-то придает мне храбрости.
Для новичка открываю непозволительно быстро. Правда, с последствиями в виде следа от пробки на потолке и брызг. Супер.
Зато на вкус шампанское оказывается в меру сладким и приятным. После половины бутылки по телу разливается приятное тепло. Ноги уже так не ноют и платье не кажется столь удушающим. Только долгожданного облегчения и радости, ради чего люди пьют, нет."
"Когда шампанское остается почти на дне, я зачем-то встаю с кровати и подхожу к окну.
Не знаю, что я намеревалась там запечатлеть, но точно не курящего Вадима. Эта сволочь, в отличие от меня, уже успел не только переодеться, но и, судя по внешнему виду, принять душ.
— Придурок, оденься. Заболеешь же.
Зато он, в отличие от меня, будет спать не в платье. Хотя и я в нем не усну. Придется спускаться вниз, брать ножницы и разрезать к чертям собачьим чью-то полугодовую зарплату. От этой мысли снова хочется плакать.
Если бы не гуляющий в крови алкоголь, я бы наверняка быстро отвернулась, встретившись взглядом с Вадимом.
А сейчас зачем-то стою и пялюсь на него. И только когда он выбрасывает окурок, я задергиваю штору и отхожу от окна.
Беру бутылку с оставшимся шампанским и сажусь на кровать. Выпиваю залпом остатки и в этот момент слышу стук в дверь.
— Насть, окрой дверь, я тебе кое-что передам и уйду.
— Мне ничего надо.
— Ты настолько трусиха, что боишься открыть дверь? Обещаю не нападать.
Придурок.
