Спи»
Ну и…ну и паризит же! Однако это сообщение, так и сочащееся сарказмом, помогает мне не только расслабиться, но и заснуть, несмотря на внезапный холод.
* * *Чувство такое, что меня приковали спиной к разгоряченной батарее и чем-то придавили бок и живот. Жарко. И это жуть как контрастирует с тем, что я засыпала, борясь с холодом. Не открывая глаз, понимаю, что это за странные ощущения. Я заболела. Снова черт возьми. Странные ощущения в носу. Точнее запах. Очень знакомый. Цветочный. Как…сирень. Открываю глаза.
Благодаря полоске света из-под штор я понимаю, что сейчас не только утро, но и то, что на прикроватной тумбе стоит…ведро с сиренью. Ее так много, что рябит в глазах.
Меня никто никуда не приковал и, о чудо, я не умудрилась снова подцепить болезнь. Тело горит не от повышенной температуры, а от того, что Вадим лежит позади меня, полностью придвинувшись ко мне. И, к счастью, никто меня ничем не придавил. Это его рука, обвившая мой бок и живот. Сейчас, когда я осознаю происходящее, тяжесть от того, что он обнял меня своей рукой, не кажется удушающей, равно как и жар, исходящий от его тела.
Я чувствую, что он не спит. Понимает ли, что я проснулась? Скорее всего, да. Мое сердцебиение слышно на краю света. А сейчас, когда его пальцы задирают майку и начинают гладить оголившуюся кожу на животе, сомнений в том, что он понимает, что я не сплю, не остается. Еще чуть-чуть и я оттолкну его. Ага. Так, стоп. А почему я должна это делать? В конце концов, он мой муж.
Трезвый, между прочим.
Закрываю глаза, когда чувствую, как его пальцы, вырисовывающие незамысловатые узоры на животе пробираются выше и накрывают грудь. Даю самый что ни на есть зеленый свет, когда перестаю вжиматься в подушку и совсем чуть-чуть, но все же поворачиваюсь к нему, давая больший доступ к груди. Сама не понимаю, как начинаю ерзать на кровати, сжимая ноги, дабы унять нарастающее напряжение между ног.
Одно радует, что Даровский не видит как сейчас полыхает мое лицо.
Это потом мне будет стыдно, а пока…а пока я, черт возьми, трусь как кошка о его выпирающий через штаны член и пытаюсь не произнести ни звука.
Зарывшись лицом в мои распущенные волосы, Вадим проходится губами по моей шее. Приятно, черт возьми, но и щекотно. От этого действа, у меня встают дыбом все имеющиеся волоски. Боже, одно радует, там я гладкая. И стоит мне только об этом подумать, как я ощущаю как он оставляет в покое мою грудь и ведет рукой вниз.
