К тому времени, как подбежала охрана, исаку Толла лежала на полу, в крови… имитировать порез разбившимся зеркалом мне труда не составило, я даже себе порез на руке устроила, так что, когда я подвывала над несчастной экономкой, выглядела действительно несчастной.
* * *В результате данного инцидента мой разговор с Адзауро-старшим происходил в медкабинете, откуда он выставил не слишком способный медперсонал, который не слишком успешно сшил мне рассеченную кожу. И это было обидно, потом придется самой разрезать швы и использовать гелликс, причем боль будет зверская, поэтому ныть и стонать я имела полное право уже сейчас.
– К чему все это? – рычал на меня так и не подстригший ногти старикан.
– Больно, – всхлипнула я, баюкая перебинтованную руку.
Но мои страдания Адзауро-старшего не интересовали, он психовал по другому поводу:
– К чему эти подарки?!
Дохлый дерсенг, он так смотрел на меня из-под кустистых бровей, словно я потратила его последние сбережения, лишив возможности достойного захоронения.
Изумленно похлопав ресницами, я ответила:
– Вы же сами сказали: «Ты должна будешь убить Адзауро в момент, когда он вручит свой дар имениннику». А Чи не купил подарка. Я исправила эту оплошность.
– Тупая самка богомола! – оскорбил меня Адзауро-старший. И, приблизившись, заорал мне в лицо: – Дар имениннику должен быть сделан своими руками! В дар должна быть вложена душа!
Я похлопала ресницами еще немного и осторожно заметила:
– Мы потратили время. Много времени. И все подарки выбирали с душой.
"
"Морщинистое лицо Адзауро пошло пятнами, после чего старик развернулся и вылетел из медкабинета. А я… а я, собственно, поняла, что в резиденции клана не только один исаку Толла шпион, но также парочка медбратьев, потому как… Ну потому как в ином случае все давно бы знали, что это не баба, а мужик, и не прикрывали бы сейчас сие бессознательное тело осторожненько простыночкой по самый сломанный мной кадык.
* * *В своей комнате я пробыла недолго. Для начала таки разрезала все швы и залечила порез гелликсом, держа в зубах деревянный гребень, подаренный мне «свекровью».
Ну, после всех процедур гребень уже точно невозможно было спутать ни с каким другим – на этом остался потрясающий оттиск моих зубов.
Затем я нацепила белый шелковый халат, потом розовый шелковый халат, сверху совсем розовый и украшенный орхидеями, подпоясалась как могла, обулась в трижды проклятые тапки, собрала волосы в хвост и пошла готовить зал к празднику.
