Я украду твоё сердце

Потому я и решилась открыто высказаться сейчас, чтобы доказать свою искренность. И вам. И, самое главное, Николь.

− Это действительно достойно восхищения, Софи, − произносит Азим, не отводя от меня глаз. – Не каждый решится так открыто рассказать о своих чувствах, пусть даже прошедших. Многим тяжело быть искренними даже перед самим собой.

Это он на меня намекает?

− А некоторые видят в других то, чего там и в помине нет, − не выдерживаю я. – И сами рады обманываться и этим другим покоя не дают. Так этим заблуждающимся безумцам ещё и помогают.

Не ожидала от тебя такой подставы, Софи.

− Прости, если расстроила, Ники. Но я поступила так, как посчитала правильным, − спокойно замечает она, поднимая подбородок. – Устранилась из уравнения.

И кто там её мягкой считает? Под этой видимой мягкостью скрыта стать рациональной прагматичности. Вот только никогда я не думала, что это может против меня обернуться.

− А почему ты у меня не спросила, что я считаю правильным? – спрашиваю с нескрываемой обидой. – Зачем было при мне устраивать вот это всё?

− Хочешь сказать, лучше было бы сделать это за твоей спиной? – недоверчиво вскидывает брови Софи.

− Лучше было вообще это не устраивать! − вскипаю я окончательно. – Ты дала Азиму повод думать, что я ему отказала из-за твоих чувств.

− Нет. Я сказала ровно то, что сказала. О себе и о своих чувствах. И о том, что ты принимаешь их в расчёт. А это неправильно. Теперь ты можешь принимать решение, исходя только из того, что чувствуешь сама.

− Я и приняла это решение.

Уже. И высказала ему, − совершенно невежливо показываю пальцем на Азима, в полном ошеломлении наблюдающего за нами. – Но ты решила вмешаться.

− Это не так, Ники, − качает головой Софи. – Когда ты успокоишься и всё взвесишь, ты поймёшь…

− Всё что мне нужно, я уже поняла!

− Ники, − мягко зовёт меня Азим.

− Нет, не надо! – вскидываю в его сторону руку. – Мы уже всё выяснили. Я всё сказала и не передумаю. Даже после столь героического признания Софи. Боги, подумать только, − смотрю на свою хмурую близняшку.

− Я три года помогала тебе хранить этот секрет. И зачем? Ты меня убила наповал, сестричка. Я… не знаю, что ещё можно сказать. И вообще… мне нужно побыть одной. Можете ещё что-то обсудить. Или кого-то. Но уже без меня.

С этими словами я отточенным усилием воли набрасываю на себя иллюзию невидимости и просто убегаю прочь. Достало всё!

− Николь, вернись немедленно! – несётся мне вслед грозный рык Азима.

− Ники, ну прости меня. Я же как лучше хотела.