Ощущения настолько приятные и острые, что мои ноги начинают бесконтрольно дрожать, и я сама не замечаю, как развожу их пошире, открываясь для любимого, вверяясь ему.
Между его ртом, пирующим на моей груди, языком, играющим с ноющими пиками сосков, и этими волшебными пальцами, творящими истинное безумие с моей трепещущей, истекающей влагой плотью, будто искрящая молниями струна натягивается, посылая сладкие разряды по всему телу. Внутри словно воронка закручивается, нагнетая нестерпимое напряжение, невыносимую жажду.
Хватаясь за широкие плечи, запрокидываю голову, зажмуриваюсь до искр под веками. Пальцы Азима уже во мне, толкаются внутрь, сводя с ума ощущением наполненности и растянутости. И вскоре я уже сама начинаю подаваться бёдрами навстречу. Взлетая всё выше и выше, пока от остроты ощущений не теряю разум окончательно. Кажется, я умру, если не получу то, что он обещает своими прикосновениями, своей страстью.
Освобождение так близко. Ещё чуть-чуть… я почти… взлетаю… почти... и в этот миг его пальцы вдруг исчезают из меня.
Оставляя на пике болезненно сладкой потребности.
- Пожалуйста, - хнычу, мотая головой из стороны в сторону и облизывая пересохшие губы. – Пожалуйста… я хочу тебя… сделай с этим что-нибудь.
- С удовольствием, любимая, - тихо смеётся Азим, поднимаясь надо мной, опираясь на один локоть. Вклиниваясь своим телом между моих ног. Целует снова шею, ловит губами мочку уха, играя с ней языком. Почти отвлекая этой лаской от внезапного и отрезвляющего ощущения, что к моей промежности помимо его пальцев прикасается и что-то ещё.
Его мужской орган.
О боги, это действительно сейчас произойдёт.
Но сейчас меня больше страшит, что он может остановиться, чем то, что продолжит. Я жажду этого продолжения. Жажду узнать, почувствовать, каково это принадлежать любимому до конца.
- А-а-ах, - стону, когда гладкая головка скользит по моей плоти, собирая влагу и задевая самые чувствительные местечки. А потом возвращается назад и надавливает на вход.
Ослепительный миг и мышцы поддаются, принимая это вторжение.
- Расслабься, маленькая, - хрипло бормочет Азим, выглядя так, будто сдерживается из последних сил. На шее проступили вены, мышцы бугрятся, глаза горят: – Боги, какая же ты тесная. Невероятная. Сладкая моя.
Мягкий толчок. Вспышка боли. Всплеск огня в крови и искры, пляшущие на коже."
"Хныкнув, я невольно морщусь, прижимаясь лицом к шее Азима, пытаясь свыкнуться с дискомфортом внутри. И с осознанием, что он уже во мне. Мы едины.
