Это случайно получилось. Я… хотела попробовать приготовить обед. Но… мои опасения оказались верны, я к этому абсолютно неприспособленна. Могу угостить тебя только салатом. Мясо я бесповоротно испортила, - признаюсь, с лёгкой самоиронией. - А. И колбасой, - с улыбкой показываю ему свою добычу.
- Мы можем доготовить обед вдвоём, - предлагает Азим, ставя меня на ноги. Придержав за талию, поворачивает к себе лицом. Гладит костяшками пальцев щёку. – И ты увидишь, что в этом ничего сложного. Просто нужен навык.
- Хорошо, - киваю, завороженно прислушиваясь к своим ощущениям.
- Тогда разбери пока покупки, а я тем временем ополоснусь с дороги, - звучит новое предложение-команда, но отпускать меня никто не спешит.
- Угу, - снова киваю, невольно прижимаясь щекой к его ладони.
- А знаешь, - на его губах появляется соблазнительная улыбка, - такая ты мне тоже безумно нравишься, - склоняется он ко мне
- Какая? – свожу вопросительно брови.
- Послушная, покладистая, спрятавшая свои колючки, - вкрадчиво урчит он, почти касаясь моих губ.
– Как ласковая кошечка. Котёночек мой.
И целует, наглец такой. Оглушая не только возмутительными словами и своей самоуверенностью, но и этой собственнической, требовательной лаской. А в меня будто бес противоречия вселяется. Снова. Как бы я ни таяла от его ласк и прикосновений, полностью капитулировать я пока не собираюсь. Я тут для того, чтобы разобраться в себе и в нём, а не для того, чтобы делать всё, как он хочет. Пусть не думает, что я теперь буду во всём плясать под его дудку.
Как наложница какая-нибудь.
Позволив мужчине, слегка углубить поцелуй, поверить, что сопротивления с моей стороны не будет, я прихватываю зубами его губу. И намеренно кусаю, напоминая, что эту кошечку он пока не приручил.
Зарычав Азим отшатывается. Смотрит на меня удивлённо, облизывая пострадавшую губу. Я невольно повторяю его жест.
- Я всего лишь веду себя адекватно, стараясь отбросить в сторону свою прежнюю предвзятость к твоей персоне. Если твои предложения разумны и мне по душе, то почему бы не согласиться.
Это здравый смысл и желание узнать тебя получше, а не покладистость, - заявляю, вскидывая голову.
Азим сужает глаза, буравя меня пронзительным взглядом. В полуночной тьме его глаза зажигаются хищные огоньки. Ноздри раздуваются. А на губах появляется предвкушающая, порочная улыбка.
- Как скажешь, любовь моя, - тянет он вкрадчиво. - Как скажешь.
Прищурившись, я пару минут буравлю принца изучающим взглядом.
