Настя подумала, что, если бы не ее вечная занятость и природная патологическая лень, можно было бы получать от жизни множество маленьких радостей, вот хоть, например, от таких утренних прогулок среди пышной зелени, наслаждаясь прохладной утренней свежестью. Каждый раз она злится чуть ли не до слез, когда встает в выходной день, чтобы идти на прогулку с Иваном, а потом радуется, что он ее вытащил на воздух.
Из неспешных приятных раздумий ее вывел голос генерала.
– Корпус не наклоняй вперед, Максим! Плечи свободнее! Вот так, молодец.
Ну, Анастасия, я жду. Каковы ваши впечатления от Готовчица?
– Впечатления сложные, но, Иван Алексеевич, вы должны быть снисходительны и отнестись к тому, что я скажу, с пониманием. У человека огромное горе, у него погибла жена, поэтому вполне естественно, что его поведение сейчас – это вовсе не норма для него. Он подавлен, у него депрессия. Борис Михайлович, насколько я успела заметить, практически не выходит из дому. Но к его чести следует отметить, что единственное, что способно вывести его из депрессии, – это работа.
Работу свою он любит, живет ею, дышит. Это, пожалуй, единственное, что осталось в его жизни. И он цепляется за нее как за спасательный круг, который не даст ему утонуть в его горе.
– У него есть сын, – заметил генерал. – Он много о нем говорит?
– Не говорит вообще. Один раз я задала вопрос о мальчике, он сказал, что сын в Англии, учится там и живет в семье родственников Юлии Николаевны. На похороны он его не вызывал, чтобы не травмировать ребенка.
И все, больше ни слова не произнес. А что, с сыном что-то не так? У вас другие сведения?"
"– Нет-нет, сведения у меня те же самые. Готовчиц не лжет насчет мальчика, все именно так, как он вам сказал. Вероятно, он считает сына отрезанным ломтем. Мальчик будет учиться в Англии, закончит колледж, поступит в престижный университет, денег у Бориса Михайловича достаточно, чтобы оплатить его образование. Смешно надеяться, что после всего этого Готовчиц-младший захочет вернуться в Россию.
Что ему здесь делать? Выходит у Бориса Михайловича жены нет, сына нет, остается только профессиональная деятельность. Простите, я вас перебил. Продолжайте, пожалуйста.
– Он очень хочет произвести хорошее впечатление как профессионал, но мы с вами только что этот момент прояснили. Действительно, после гибели жены работа вышла для него на первое место, и вполне понятно, что он очень хочет быть принятым к вам на службу.
