Чем больше Марк злился и кричал, тем быстрее стучало его сердце. Из ран кровь просто хлестала.
Я подошел ближе и наклонился. Трубецкой дернулся, но не смог даже ударить.
— Поверь, ты не представляешь, как я жалею, что мы с тобой не один на один, — прошептал я ему на ухо. — Но ничего. Мне пока хватит и того, что ты стоишь на коленях. Можешь пожаловаться своим музыкальным дружкам в городе. Но запомни: в следующий раз у нас будет поединок на смерть. Пиши завещание.
— Ты даже не… — осекся он и замолк. Глаза закатились.
Трубецкой рухнул мордой в пол, смешно приподняв задницу.
— Думаю, на сегодня с него хватит! — засунув свой меч в ножны, я поломал его сабельку о колено и бросил в ближайшую урну.
— Он же теперь от тебя не отстанет! — пролепетала Анна, когда я к ней подошел.
— Зато отстанет от тебя, — посмотрел я на его кверху торчащую задницу. — После такого позора он какое-то время посидит тихо.
Поздравить с победой собрались многие ребята. Арнольд, Маша, Вика, Леня и куча малознакомых студентов. Многим из них Трубецкой доставил уйму неприятностей, и теперь он сто раз подумает, прежде чем возобновлять свои делишки.
А если нет, то всегда можно повторить…
— Кузнецов-кун! — окликнул меня Рей. — Вы прекрасно сражались, и показали несколько новых приемов, которых мы с вами не разучивали! Надеюсь, в скором времени, мы опробуем их в поединке.
— Безусловно, — поклонился я.
Все начали расходиться. Друзья Трубецкого уволокли его в лазарет, а мы пошли к Кутузовой.
— Маша, я сегодня посплю в институте, — сообщила Аня, когда мы проходили главный вход.
— Ты не расстроишься?
— Нет, что ты?! Конечно! Думаю, теперь ты в безопасности.
— Если что, мой номер ты знаешь! — тут же вмешался я, помахав мобильным.
— Знаю, — улыбнулась она и побежала к Лене. Он ждал ее под одиноким деревом.
По пути домой мы с Машей зашли в винный магазин, где знакомый сомелье предложил новый сорт вина.
Уже дома я лег Маше на колени и не заметил, как уснул.
Проснулся от аромата французских булочек. На удивление я лежал в кровати и без одежды.
— Надеюсь, это не ты меня отнесла на руках? — заходя на кухню и целуя Машу в щеку, спросил я.
— Ну еще чего? Ночью ты сам встал, как робот, разделся и лег, — объяснила она, и я немного успокоился.
Теперь на одну проблему стало меньше. Трубецкой пока залечивает раны, на носу отборочные, и надо готовиться."
"— Маша, мне нужно на несколько дней отлучиться в Дикую Зону, пока ребята не очухаются после буста, — сказал я, закидывая кусок курицы в рот.
