Может быть Алекс все-таки что-то узнал и пытается наказать меня?
— Алекс, — откашливаюсь я, держась за горло, пока он отходит и зачем-то мнет свой пах, надо сказать оставшийся таким же плоским.
Мне не присуще неуверенность в собственной внешности, особенно после показов. Но тут бы заволновалась и Барби. – Что случилось.
— Найду и убью, – рычит Алекс, проводя рукой по волосам и поднимая взгляд. – Не стоял у меня.
Ого… Хлопаю глазами, пытаясь понять, как может не стоять?
— Это…
— Списывал на возраст. Но блять, какая может быть импотенция в тридцать семь лет?
— Так ты поэтому… – доходит до меня.
И если честно даже облегчение чувствуется. Не потому что у Алекса не стоит. А потому что причина не во мне и в наших отношениях. Нет натянутости, все нормально!
— Конечно. Ты же не думала, что я отстранился от тебя? — подходит он и крепко прижимает меня к себе, утыкая мордочкой в выемку на горле, пока его пах плотно прижат к моей промежности.
И обычно в этой позе я должна почувствовать его член, но сейчас его как будто нет.
Как у Кена.
Неуместное хихиканье маскирую приступом кашля. – Потом списывал на работу. Нервяков там хватает. Приходится в Питер мотаться. Ну ты знаешь.
Киваю. Он у меня занятой. Пусть не говорит, как именно делает свои дела.
— Но после тех выходных, — это когда мы два дня просто были дома. – Я понял, что нужно идти к врачу. Я если честно уже вою, как мне хочется тебя трахнуть. Просто пар из ушей. Да и ты наверняка соскучилась.
— Очень, — как можно громче говорю я, целуя его.
Но любопытство берет вверх. – Так ты был в больнице? А почему мне не сказал? Что там сказали?
— Ага. Я и так рядом с тобой себя чувствую стариком, еще сказать, что импотент, вообще прекрасно. Сдал анализы и охуел, — рявкает он, пугая меня. – Прости. Просто результаты меня мягко говоря убили. Какая-то падла подсыпала мне бром.
— Бром? Что это? — делаю большие глаза. – И что значит подсыпал? Надеюсь ты не думаешь…
— Да ты же моя глупышка. Откуда тебе вообще про это знать? Я хожу в одни и те же места.
В Питере только в отеле ем. А в Москве. Завтракаю в Теремке. Обедаю в Фитучини. Ужинаю в Парусе. Вот где-то из них меня и травили. Теперь надо выяснить какая падла это сделала и выпустить ему кишки. Ой… — оговаривается он, вызывая еще большее недоумение. Как мало он знает обо мне, и моих пристрастиях ко всякого рода ужасов.
У меня всегда складывается впечатление, что Алекс общается со мной, как с маленькой девочкой.
