– Я понял! – сын смотрел на отца с обожанием.
ГЛАВА 12
Надоела загранка. К черту! Пивка бы после всех этих ленчей. Варяг так и сделал. Зашел в пивной бар, где толкался самый разный люд. Никому до него не было дела, и, уж конечно, никто не мог предположить, что за столиком у окна стоит известный урка и доктор наук в одном лице.
Пиво было свежее, и вскоре на душе полегчало. Варяг глоток за глотком цедил из кружки.
– Оставь. – Откуда-то сбоку подвалил мужичонка в такой грязной и ветхой одежде, что, казалось, он прополз в ней на брюхе через весь земной шар.
Заметив взгляд Варяга, жалостно попросил: – Хотя бы один глоток.
Пива оставалось еще полкружки, и Варяг великодушно разрешил:
– Допивай.
Разве это жизнь? Замызганный пол, липкие столы, мухи… за границей даже бродяги и те поаккуратнее выглядят.
Он набрал номер телефона. На том конце провода щелкнуло, и ровный голос произнес:
– Алло.
Это был Ангел.
– Я вернулся. Отвези к старику, дело есть."
"Секундное замешательство.
Видно, Ангел не был готов к встрече. Возможно, закрутил новый роман, вешает лапшу на уши очередной ресторанной соплячке. Но Варяг не беспокоил никогда просто для того, чтобы поговорить за жизнь. Ангел понял, что дело срочное.
– Хорошо, скоро подъеду, жди у себя.
Варяг улыбнулся. Придется Ангелу оправдываться перед подружкой, которую пригласил на целый вечер. А может, никакого объяснения и не понадобится, и Ангел просто скажет: «Пошла прочь! Сегодня я занят».
Уже через два часа они были на даче у Медведя.
Прошло несколько лет с тех пор, когда Варяг впервые побывал здесь. Медведь не любил менять привычки, и потому в его цитадели ничего не изменилось. Во дворе гоготали мальчики, правда, другие. Некоторые из прежних успокоились навек, иные поднялись повыше и сами уже имели загородные дома с охраной и сигнализацией. Варяг обратил внимание, что стало больше картин. Живопись Медведь любил. И мебель сменил. Но везде по-прежнему царил уют и порядок.
– Значит, ты был у дона Валаччини? – спросил Медведь.
– Хотя мы и не встречались, но не сомневаюсь, что и он знает о нас.
– Да, я был у него. И о нас он весьма наслышан.
– Ну, и как? Произвел он на тебя впечатление?
Дом у Медведя что надо, и кресла мягкие, и картины,
но в сравнении с Валаччини патриарх просто жалкий бедняк. Что бы там ни говорили, а русская мафия – самая бедная в мире.
Медведь сидел напротив и терпеливо дожидался ответа.
– Произвел.
