Варяг внимательно разглядывал слащавые физиономии, именно так смотрит на своего соперника боксер, прежде чем отправить в глубокий нокаут. Совсем скоро ему предстоит схватка с каждым из них в отдельности и одновременно со всем парламентом. Теперь Владислав понимал, что он всю жизнь готовил себя именно к этой встрече. Но для предстоящей схватки нужно крепить не только тело, нужно закалять и дух.
Парламентарии утопали в мягких глубоких креслах, обтирали бархатные сиденья, деловито покашливали. Даже жесты их были грациозны, как у оперных примадонн, каждый из них верил в свою избранность.
Лица отражали отпечаток истории даже в том случае, если они тихо посапывали во время заседаний или сидели с распухшими от пьянки носами.
Прямо перед Варягом сел мужчина лет сорока. Еще вчера вечером он клеился к двум смазливым девицам, обжимая их за острые плечи. На нем был тот же серый костюм, когда он неловко зацепил локтем бокал, и хмельной напиток обильно оросил его штаны. Сейчас костюм был отутюжен и свеж, и под напускной респектабельностью невозможно было заподозрить ночного кутилу, который к тому же провел героическую и бессонную ночь в объятиях местной путаны.
Варяг все больше пропитывался атмосферой зала. Никогда ранее он не чувствовал в себе что-либо похожего. Его просто одолевал политический зуд, и он верил, что ему удастся изменить существующий порядок по своему усмотрению, а обустроенный им воровской мир – это всего лишь небольшая модель, на которой он набирал опыт.
Этот день обещал быть непростым. К нему готовились все парламентарии и, повинуясь речам своих пастырей, сбивались в небольшие группки. Это позже им обрастать мясом и называть себя партией, сейчас же они шарахались из одной крайности в другую – были глупы и смелы одновременно. Каждый справедливо считал, что важно выиграть первый раунд, посадив в кресло председателя своего человека, который умело бы посылал политические мячи в нужную для них сторону. И мягкость в обращении по отношению к предполагаемым оппонентам должна была поглубже упрятать стальные пружины, Которые острыми краями вылезут наружу при голосовании.
Варяг вынужден был принять правила игры. Это не походило на игру влобовую, больше напоминало карточный пасьянс искушенных шулеров, которые, встретившись за одним столом, задались целью оставить без штанов один другого. В кулуарах без конца кучковались, говорили полушепотом, политические разговоры велись даже у писсуаров.
